— Жаль, — вновь вздохнула красавица (а жрица богини любви была очень красива). — Хотя я не удивлена — авантюристы всегда спешат. Готовы?

— Да.

— Хорошо…

Сам процесс «заключения брака» был… быстрым. Нас даже не спросили сакраментальное «согласен ли ты… согласна ли ты». Там было конкретное обращение жрицы к богине с просьбой засвидетельствовать любовь этих разумных и благословить молодую семью. И… как бы… всё. Вся церемония — минут десять, включая молитву-обращение и передачу пожертвования храму, о котором, разумеется, никто не просил, но которое, так же разумеется, считалось правилом хорошего тона. И, честно сказать, я был несколько разочарован. Нет, оно и хорошо, что никакого фурора мы не произвели и весь результат — это мимолётное прикосновение более «сконцентрированной» энергии веры к нашим персонам, но… даже не знаю… Тут и от обычной-то свадьбы ждёшь какого-то эмоционального взрыва, а уж когда настоящий жрец настоящего бога по-настоящему к этому богу обращается… тут уместно ожидать почти чуда, что ли, пусть и небольшого, а тут… как-то… Ну, вот оно случилось… И мы теперь вроде официально женаты… Но что-то как-то ничего особенного я не почувствовал. Обидно.

Хотя ладно, главное, что вон, мои девочки явно довольны и радостны, а коли так, то что ещё нужно? Разве что снять номер в местном трактире, заказать вина и как следует отметить это событие, ну а там можно и в обратный путь.

Позже…

— М-м… — в крайнем неудовольствии от мешающей спать щекотки на лице разлепляю глаза.

— Не подглядывай! — тут же шикнула на меня Тмистис, обнаружившаяся зависшей в нескольких сантиметрах от моего носа с… кусочком уголька в руках.

— Что ты делаешь? — накануне я был очень старательным и хорошим мальчиком, который сделал для своих девочек буквально всё, что только может сделать мужчина для женщины, дабы её порадовать. И пусть я успел даже увидеть сон, но я был готов поклясться, что уснул вот совсем только что, а тут побудка. Я, конечно, выносливый и могу не спать неделями, но, блин, есть моменты, когда уснуть — это хорошо и правильно, будить во время которых — это бесчеловечно!

— Не скажу. Засыпай обратно, — потребовали от меня, а вот уголёк перехватили как-то прям воинственно-боеготово.

— Ты что… рисуешь мне усы? — прихожу к смелой догадке.

— Нет, — мгновенно замотала головой фея, однозначно веря в свои слова, вот только… чего-то недоговаривая.

— Тмистис, что ты рисуешь у меня на лице?

— Не скажу тебе! Засыпай — не буди хозяйку! — оттопырила назад пяточки златовласая малышка, ничуть не смущаясь, что как раз её голос был позвонче моего и разбудить мог с куда большими шансами.