- Ух ты, как тебе удалось их достать, наши интенданты пока ведь не получили новую форму?

В свертке оказались новенькие, еще не вошедшие в армейский обиход, погоны. Прорва тогда, перед Новым Годом, оказался прав — в середине января летчикам зачитали приказ, в котором действительно говорилось о введении для военнослужащих новых знаков различия. С начала февраля предполагалось переобмундировать личный состав, но, как обычно, дело продвигалось туго.

- Не скажу, - лукаво улыбнулась Тая. - Нравится?

Григорий с интересом осмотрел неожиданный подарок. Широкие, пятиугольные, с тонким голубым просветом и маленькими лейтенантскими звездочками по обе стороны от него. В Империи погоны выглядели иначе — гораздо уже, прямоугольные и однотонные. Исключение составляли только парадные. Да, и звезды были с восемью лучами.

- Неожиданно, - честно признался Дивин. - Ты меня ошарашила. Даже не знаю, что и сказать.

- А ты и не говори ничего, - сказала девушка и вдруг прижалась к нему, уткнувшись в плечо, крепко обхватила руками. - Просто возвращайся всегда, ладно? - глухо попросила она.

- Обещаю, - хрипло ответил экспат дрогнувшим голосом.

Приземлившись после очередного тренировочного полета в компании с Кармановым, Григорий в очередной же раз выматерился. Нет, ну что за дерево?! Казалось бы, капитан далеко не идиот, учился еще до войны по нормальной, а не сокращенной программе и, поди ж ты, ориентируется так... да никак он не ориентируется! Плутает в трех соснах, простейшие ориентиры запомнить не в состоянии. Как с ним на задание идти, заведет к немцам, все там и останемся. При этом гонора, словно главный топограф РККА — ты ему подсказываешь, а он нос воротит. Наверное, вот с таких крылатый анекдот про командиров, что карту достали, а, значит, сейчас начнут дорогу спрашивать, люди придумали.

- Скажи честно, - поймал лейтенант Катункина, - как ты с новым комэском умудрился назад вернуться, он же восток с западом путает? Признавайся по-хорошему, ты вел?

- Я - покраснел сержант. - Товарищ капитан велел помалкивать.

- Ты нормальный? - взорвался Дивин. - Нам с ним в бой идти.

- Но я думал, что вы поведете, - растерялся Катункин. - Или, на худой конец, все вместе ему подскажем, куда лететь.

- Вот это ты хорошо придумал! - зло оскалился Григорий. - Вместо того, чтобы немцев бить, будем Карманова опекать. А «мессеры» с «фоккерами» в это время в сторонке полетают и подождут, пока мы освободимся. Так?

Сержант виновато молчал, разглядывая мыски своих унт. По нему было видно, что он не очень понимает причины неожиданной вспышки ярости лейтенанта, но предпочитает ему не перечить.