На аэродром в итоге пришли врозь. Стеблин приземлился через двадцать пять минут после экспата. Он действительно потерял из виду самолет ведущего, нырнув в облака.

- Испугался сначала, - честно признался сержант, вытирая мокрый лоб. - Решил, что все, хана мне. Но потом собрался, вспомнил, как вы нас учили в таких случаях доверять приборам и потихоньку, потихоньку пошел на восток.

- Молодец! - одобрил его действия Григорий. - Так и нужно всегда действовать. А я, признаться, сомневался в тебе, думал, что ты на занятиях спишь в одном ботинке и не слушаешь. Считай, программу «слепых полетов» сегодня освоил, поздравляю!

Стеблин неуверенно улыбнулся.

- Спасибо!

- Да не за что, - пожал плечами Дивин. - Пошли в штаб, доложишь Бате, что видел. Заодно сверим наши с тобой данные.

Сержант замялся.

- В чем дело? - насторожился Григорий. - Стеблин? Отвечать!

- Я не видел ничего, товарищ лейтенант, - убитым голосом сообщил ведомый.

- Как не видел? - изумился экспат. - Вообще ничего? Как по нам фриц из винтовки стрелял?.. Машины в Константиновке?.. А то, что стрелок мой еще одного стрелка из пулемета приголубил?.. И как я на танкетки бомбы бросал? Что, тоже нет?.. Ну, ты даешь! Рано я тебя похвалил, ох, рано. Придется исправлять ситуацию. Иди, заполняй летную книжку, после поговорим.

М-дя, положеньице. Хотя, что еще можно было ждать от человека, который давным-давно не летал. Какой там у него сегодня полет был после возвращения в авиацию — пятый? Или шестой? Хорошо еще, что хоть что-то в памяти отложилось, смог машину домой привести. Но, чувствуется, придется заняться воспитанием новичков с удвоенной энергией, потому что чутье подсказывало ему — новые кровопролитные бои не за горами и идти в них лучше, имея за спиной подготовленных летчиков.

***

«В течение … апреля на фронтах существенных изменений не произошло». - Фраза, что звучала из репродукторов каждый день могла бы ввести в заблуждение кого угодно, но только не бойцов действующей армии. И хотя летчики и техники по-прежнему продолжали свое обучение во «фронтовой академии», а количество вылетов резко упало, никто не обольщался. Все прекрасно понимали, что скоро опять начнется тяжелая воинская работа. И хорошо подготовиться к ней означало выжить.

Общаясь постоянно с новыми пилотами, Григорий подметил такую закономерность. Первые самостоятельные полеты они выполняли старательно, как учили. Но со временем у каждого из них начинало появляться что-то новое, свое, индивидуальное и о наставлении по производству полетов и словах инструктора забывали.