Пауза.

Задумчивая пауза…

«Необычно вы рассуждаете для редактора городского новостного сайта, однако. Но деньги ваши. Завтра скину оценку».

«И, Тимофей. Это срочно. Срочнее, чем кажется».

«Где-то я это уже слышал. Те же самые слова», — пришло в ответ, и следом смайлик-скобка.

Я улыбнулась и закрыла аську.

Поверь видавшей виды даме, чуть не напечатала я снова. Прикусила язык вовремя. Второй раз эта фраза прозвучит совсем подозрительно и ни капли не смешно.

Где-то в этом белом городе сидел человек по фамилии Дорохов и, может быть, прямо сейчас тоже что-то считал, тоже строил планы на месяцы вперёд, смотрел на снег в окне.

— Не отдам, — сказала я вслух. — Слышишь? Не отдам нишу!

Тагир Маратович

Митрич пришёл лично, не через Рустама. Принёс не отчёт, а половину отчёта — и это Тагиру не понравилось больше, чем если бы тот вообще ничего не принёс. Когда человек приходит с пустыми руками, всё понятно: не накопал. Когда приносит половину ответа, это обычно означает, что вторая половина где-то существует, просто до неё пока не добрались. Но, как бы то ни было, промежуточный отчёт — это тоже отчёт. Пусть он и был… такой.

— Связи нет, Тагир Маратович, — сказал сыщик, стоя у двери и не садясь, потому что садиться его не приглашали. — Копал ещё сверху сверху. По телефонам, по знакомым, по местам. Проверял окружение, смотрел, кто рядом крутится. Они не пересекаются. Совсем.

— Совсем — это как?

— Совсем. — Митрич пожал плечами. — Нет точек соприкосновения. Не звонят друг другу. Не встречаются. Общих людей — нет. Она его не знает, он её Нет никакой связи на регулярной основе. Да и вообще их ничего не связывает ни по родственникам, ни по местам учёбы, ни по кругу знакомых, ни по предпочтениям. Ну, кроме ставок. Я бы заметил, если бы что-то было. Я внимательный.

Тагир Маратович знал, что Митрич внимательный, прожжённый. За то и платил. Судя по рекомендациям, этот ищейка редко ошибался и ещё реже делал громкие выводы. Обычно он просто приносил факты, а факты уже складывались в картину сами. Он отпустил его кивком, налил зелёного чая, надел очки и сел разглядывать два листа, лежавших на столе перед ним.

Всё та же информация, что и была до этого, ничего не удалось накопать. Досада.

Два человека. Один город. Оба весной-летом выгребли у касс невозможные суммы — пацан семьсот пятьдесят восемь и потом ещё семьсот пятьдесят, девка почти три миллиона. Да и вообще, стоит начать с того, что они поставили довольно большие суммы для своего возраста, для статуса выпускника. Не будучи мажорами. Большие суммы, целенаправленно, на экзотические результаты.