Но все не так просто.

По словам богини, наша связь с ней обоюдная. Умрет один, следом уйдет и другой. Архон и архесса повенчаны друг с другом жизнью и смертью.

Принюхался, склонился над девушкой, остановившись буквально в паре сантиметров над ее телом.

Абстрагировался, стараясь не замечать, как она замерла испуганным котенком, и отшатнулась, едва не теряя сознание от ужаса. Как побледнела, затряслась, открыла рот, задыхаясь.

Втянул носом сладкий, невообразимо притягательный аромат, смесь свежести, ванили и кокоса.

Такой знакомый, и в тоже время слегка изменившийся. К сногсшибательному букету добавилась легкая нотка сладости, и материнского молока.

Понятия не имею, откуда у меня познания, как пахнет молоко матери, учитывая то, как именно я появился на свет.

Стоп…

Материнское молоко…

Святые небеса!

Провел носом по всему телу сжавшейся в комочек настороженной девушки. Завис над животом, словно впал в ступор. Здесь этот запах становился намного интенсивней. Бил по рецепторам, заставляя задыхаться. Я зажмурился от удовольствия, жадно вдыхая и выдыхая.

Осознавая, что именно имела ввиду богиня!

Вера беременна!

И это вне всяких сомнений, мои дети!

Да, именно дети. Мой чуткий слух уловил едва слышное биение трех крохотных сердечек в ее утробе.

Три драгоценные жизни.

Надежда для моего народа.

И, желанная добыча для врагов.

Мгновенно принял решение. Никуда не отпущу! На коленях буду ползать, наизнанку вывернусь, но вымолю прощение.

Поднялся, мрачно всматриваясь в бледное исхудавшее личико. Коснулся щеки, не позволяя дернувшей девушке отвернуться.

Выругался, когда она зажмурилась, а по щекам скатились мелкие прозрачные капельки. Нежно стер их, давая молчаливую клятву, что больше никогда моя пара не прольет из— за меня ни одной слезинки.

— Вера, — простонал измученно, — не бойся! — Склонился, прислонился лбом к ее лбу. — Не бойся! Не обижу! Нам… нужно поговорить… многое обсудить… но не сейчас! Ты слишком истощена, теряешь силы.

— Нет! Умоляю, не трогай… не терзай меня больше… пощади… Ради детей…

От ее надрывного шепота у меня внутри словно все оборвалось.

— Вера, открой глаза! — Нежно обхватил ее лицо ладонями. — Я тебя не трону. Клянусь. Больше и волоска с твоей головы не упадет. Я могу помочь…

— Помочь? — едва расслышал ее голос. — Как помочь? — Девушка распахнула глаза, и я утонул в фиолетовой бездне. — Ты же мечтал убить меня! Ты меня уничтожил! — Задохнулась она, сглатывая слезы.

Такая хрупкая, истощенная, с большими перепуганными глазищами. С бешено колотящимся под моими пальцами пульсом. Слабая, и в тоже время, невероятно сильная.