Моя она.
МОЯ!
Согласно рыкнул зверь.
Никуда не отпустим, как бы моя девочка не сопротивлялась, и не брыкалась, как бы не отвергала меня, от природных инстинктов никуда не деться. Природа возьмет свое, а уж я не подведу. Покажу малышке, такой сладкой и вкусной, насколько сильно умеют любить архоны. И какое преимущество у нас перед человеческими самцами.
Очень такое толстое и жесткое преимущество.
Я слегка сменил позу, пытаясь ослабить ноющую боль в паху. Но становилось лишь хуже, при каждом движении жесткий каменный ствол упирался в деним, доставляя дискомфорт. Заставляя сходить с ума от безумной порочной жажды.
Глава 16
Вера
Проснулась внезапно, словно вынырнула из глубины темного омута, и наконец, с жадностью глотнула кислорода. Столь долгожданного, и желанного, без которого легкие буквально разрывались на части.
Подскочила задыхаясь, хватая ртом воздух, и тут же ударилась обо что— то лбом. Застонала, упала обратно на мягкую поверхность, попыталась поднять руку, и почему— то не смогла…
Застонала, перед глазами все расплывалось, тонуло в серой мрачной мгле, с единичными проблесками света.
Дернула одной рукой, потом второй, пытаясь освободиться, и при этом не задохнуться от приступа панической атаки, сдавившей горло стальным обручем.
Постепенно перед глазами стало проясняться. Я, охваченная диким ужасом, наконец, смогла осмотреться.
Едва смогла различить в тусклом освещении, распространяющемся откуда— то из под потолка, и снизу от пола, неясные очертания прямоугольной камеры, больше смахивающей на парящий над полом прозрачный гроб. Господи, меня что замуровали заживо?
И к тому же привязали к платформе. Я даже не могла поднять руки, постучать по стеклянной свиду крышке.
Оставалось только закричать, позвать на помощь, в надежде, что кто— нибудь услышит, и вытащит меня отсюда.
— Эй! Кто— нибудь! Выпустите меня отсюда! — Собственный голос показался мне оглушающим, хотя на самом деле, из пересохшего горла вырывались едва слышные хрипы. — Кто… нибудь…! Пить!
Попыталась дозваться хоть до кого— нибудь. И мои жалкие потуги были услышаны.
Краешком глаза заметила какое— то размытое движение, и закричала еще сильнее, забилась, словно пойманная в силки птичка.
Задыхаясь от нахлынувшего ужаса, зажмурилась, успев заметить замершую возле моего стеклянного гроба жуткую огромную тень. От которой веяло опасностью, угрозой.
Тень метнулась в сторону, и через мгновение стеклянная куполообразная крышка отъехала вниз, фиксирующие ремни втянулись в платформу.
Я попыталась тут же соскочить с жуткой узкой кровати, но от слабости даже не смогла поднять голову.