Твою ж… маму волчицу! Сейчас как обернется — и будет сидеть в машине не пацан в спортивках, а не сильно домашнее и не совсем животное, но с виду точно оно. — Спокойствие, Миккель! — проговорила я строго. Опыт по усмирению молодежи у меня имелся — чай, не первый год в университете преподаю. — Держи себя в руках. Другой подходящей одежды у нас нет, остальное все явно женское… хм, — сказала и задумалась, окидывая его оценивающим взглядом. Плечики, конечно, широковаты, но… — Ни за что! — В глазах Мики было столько ужаса… подозреваю, он Итан-ара меньше боялся, чем возможного переодевания в девочку. — Отец за такое убил бы на месте. И мама тоже. И… — Достаточно, я поняла, — улыбнулась, довольная тем, что мальчик вернул контроль над второй ипостасью, сам того не замечая. — Продолжим разговор? Выдохнув, Миккель немного помолчал, что-то обдумывая, потом резко вскинул голову, пронзая меня совсем недетским взглядом, и скороговоркой выпалил будто заученные назубок слова: — Перед объединением двух стай вожак лунных варгов вызвал на бой моего отца и убил его. По законам стаи, жена и дети поверженного альфы достались победителю. Мама сказала, что не будет игрушкой Итан-ара. Сбежав, она попыталась убить нас обоих. Но я… спасся, — произнес он, вжав голову в плечи, словно от стыда. — Не умер, как она хотела… струсил. Я шакал, а не волк. — Чтооо?! — взвыла я, изрядно напугав ребенка. — Чего-чего она хотела? В голове не укладывалось! Вместо того чтобы спасать сына любой ценой, эта безмозглая шавка… попыталась его убить! Серьезно? Да что же это за мать-то такая?! Чертовы веры! Варвары мохнатые! И порядки у них варварские! — Мама сильная, гордая и верная. Она не хотела жить без отца, а я… — Твоя мама ссс… — на языке вертелась отнюдь не лестная характеристика, которую, к счастью, мне удалось вовремя проглотить, — …с ума сошла от горя, — произнесла я, усмирив эмоции. Незачем настраивать ребенка против себя, проклиная его покойную мать. У него и так психологическая травма, а тут еще ведьма в ярости — зрелище не для слабонервных. — Когда люди теряют рассудок, они совершают всякие безумства. То, что в здравом уме никогда бы не сделали и не сказали, — включила «препода» я. — Понимаешь меня? — Не-а. Миккель смотрел с затаенной надеждой, вероятно, ожидая, что добрая тетя Надя ему все сейчас объяснит. Но как это сделать, если я понятия не имею, что творилось в голове его ненормальной мамаши? Я бы сражалась за своего сыночка до последнего, а если нет, то жизнь отдала бы… или сама отдалась,