Глава 3
Эсмеральда не подвела! Герда — тоже. Теперь у меня имелся не только новый гаджет и адрес дачи, где можно пересидеть пару дней, пока веры шерстят дороги, ведущие из города, но и автомобиль, по которому нас с Миккелем не смогут отследить, так как оформлен он вовсе не на меня. Правда, если все-таки остановят, придется срочно вспоминать бабушкины уроки из детства и внушать полицейским, будто я вписана в страховку. Но лучше все же не попадаться! Магия просыпается тут все чаще, это да… только действует она, как обычно, через одно место. Слишком нестабильная и с норовом. Женщин-кровопийц обычно называли ампирами. Не знаю, где и когда в этом слове потерялась несчастная буква «в», но звучало такое обращение вполне симпатично, потому, полагаю, и прижилось. А главное, оно без проблем склонялось и не путалось с названием пьющих кровь мужчин. Вампир, ампира… логично же! Герда нас встретила у служебного входа, как и было условленно. Вопреки ожиданиям, она оказалась не белокожей брюнеткой с красноватым отблеском в глазах, а синеокой «сахарной» блондинкой с очаровательными кудряшками. В жизни бы не догадалась, что это небесное создание — ампира! Вероятно, именно такого эффекта она и добивалась, осветляя волосы и надевая цветные линзы. Правильно! Зачем отпугивать пациентов, выставляя напоказ свою истинную природу? Далеко не все люди толерантны. Не знаю, какими были их отношения с бабушкой, но на меня Герда произвела исключительно положительное впечатление. Приятная в общении, доброжелательная женщина, неравнодушная к чужой беде. Разве что улыбается, не раскрывая губ — клыки прячет. Так у всех свои причуды! Я вон магии своей стесняюсь, когда она не к месту про меня вспоминает и начинает своевольничать. Хотя большинство вампиров терпеть не могут оборотней (исторически так сложилось), к волчонку доктор отнеслась с большой заботой и вниманием. Ссадины его осмотрела, лекарства нам выписала, грудную клетку Миккеля ощупала… нахмурилась, когда мальчик ойкнул, и принялась настаивать на рентгене. Пусть мне и хотелось поскорее свалить из города, возражать я, разумеется, не стала. Вдруг и правда что-то серьезное? Лучше перебдеть. И хотя боль с тем же успехом могла причинять не трещина в ребре, а жуткая гематома на его груди, мы все равно спустились на первый этаж, где располагался кабинет рентгенолога. Черт! Сколько же всего пережил этот ребенок в последние дни?! Гибель отца, самоубийство матери, покушавшейся на жизнь собственного сына, потом скитания по лесу, голод, холод, погоню и в