сколько из-за ведьмы: хотел выглядеть под стать ей за ужином, на продолжение которого рассчитывал. Даже побрился ради этого, а она, похоже, только сейчас заметила, что он сменил футболку на костюм, когда попыталась отмахнуться от пиджака, уверяя, что ей и так хорошо. — Молчи, женщина! — полушутя — полусерьезно проговорил вер, закутывая гордячку в пиджак. Казалось бы, обычное дело в такой ситуации, но для оборотня в этом было что-то особенное, будто не только пиджак, но и сам он обнял упрямую красотку, окружив своим запахом, накрыв собой, подмяв под себя… пфф! А воображение-то, похоже, расшалилось не на шутку. — Лишнего слова не говори, дом не покидай… что дальше, Итан-ар? Ходить по струночке и глаз не поднимать? — проворчала Надя. — Соплеменникам своим ты рот не затыкаешь, — прошипела она, решительно снимая пиджак… который он тут же вернул ей обратно на плечи. — На кого злишься, Надюш? — спросил, наклоняясь. — На меня? Или все же на соплеменников? — уточнил вкрадчиво, наслаждаясь тем, как участилось ее дыхание от его приближения. — На них, потому что их абсолютно не интересует судьба Миккеля, хотя… может, это и к лучшему, — прямо глядя в глаза варгара, ответила ведьма. Она бы наверняка отступила, но за спиной была дверь, а оттолкнуть его руками мешал пиджак, в который он ее практически замотал, чтобы не снимала. — И на тебя я тоже злюсь, потому что не предупредил об их приезде. Еще немного на Эсми, но это другое, — перечисляла Надя наигранно спокойно. — И на… — Ты мне нравишься, — неожиданно для нее (и для себя тоже) заявил Итан. — Очень, — добавил с чувством. Глаза ведьмы расширились лишь на мгновение, после чего снова сузились, недобро сверкнув, а с губ ее… сочных, нежных, пухлых губ, покрытых вишневого цвета помадой, слетело язвительное: — Даже не знаю, радоваться или горевать от таких откровений…. Второе, думаю, уместней. — Отчего же? — Вер тоже прищурился, не шибко довольный ее реакцией на его внезапное признание. Брякни он такое Инге, она бы уже ублажала его в постели, а эта… еще и нос воротит. Ведьма! — Оттого что понравиться мужчине с такими деспотичными замашками, как у тебя, Итан-ар, равносильно приговору, — сказала, как выплюнула, Надя, после чего все-таки вывернулась из его пиджака (из рук тоже) и решительно оттолкнула оборотня. — Отойди, жарко! — бросила она, передернув плечиками. — Так, значит, в этом причина запрета на наши прогулки, да? Я тебе вроде как понравилась, и ты решил держать меня на цепи контроля, чтобы не сбежала раньше времени?