что у нас, ведьм, все не так просто, как у тех же индиго. Это у них есть одна способность, ее и развивают. Наша же магия, как отдельное разумное существо, некая эфемерная сущность, которая постоянно или, как в твоем случае, периодически выходит с хозяином (хотя, вернее будет — с напарником) на связь, — начала читать мне лекцию бабушка. Я не прерывала ее, надеясь, что рано или поздно она доберется до главного и таки попробует расшифровать зеркальное шоу. — Мы не можем управлять своим даром, как пиромаг огнем, зато мы можем с ним сотрудничать. И чем теснее это сотрудничество, тем эффективней толкование образов, которые мы получаем. Ни одно гадание не выдает четкую картинку. И то, насколько правильно ведьма читает знаки, говорит о ее одаренности, профессионализме и… о взаимопонимании с собственным даром. Чем взаимопонимание лучше, тем сильнее ведьма. А у сильной ведьмы и проклятия долгосрочные, и заговоры отменные, и еще много всего нужного и полезного. Поняла намек, детка? — вскинула бровь ба. — Угу, — буркнула я, бросив взгляд на зеркало. Я вовсе не боялась узреть там очередную бяку, но… вдруг? — Отныне буду тренировать дар и укреплять наше с ним взаимопонимание, раз уж он зачастил в последнее время слать мне маго-сообщения с помощью подручных средств. Но, Эсми… что с этим истекающим кровью манекеном-то делать? Это кто? Я? Миккель? Или, может, какая-то абстрактная фигура, которая и не человек вовсе. Возможно, дар таким оригинальным образом оплакивает мой загубленный отпуск? — пошутила я. — Сомневаюсь, что ради подобной ерунды он вышел бы с тобой на контакт, — не оценила мою шутку ба. — Если бы мне такое привиделось во время ритуала, призванного узнать ближайшее будущее, я бы решила, что кого-то хотят убить. Кого-то из моего… а в данном случае из твоего окружения. Кто-то в большой опасности, золотце. И этот кто-то — не ты. Иначе деталей внешности на манекене было бы больше. Ну, мне так кажется. С другой стороны, каждый дар уникален, возможно, твой и что-то другое имел в виду. Чувствуй ты его лучше, догадалась бы. Она говорила, а у меня в висках молоточки отстукивали тревожный марш. Мика, Мика, Мика… мой мальчик, мой ребенок, мой сынок. Кому еще может грозить опасность, если не ему? Нам с бабушкой? Оно, конечно, возможно (после сегодняшнего ужина особенно), но зачем оборотням лишний раз злить ведьм, которые скоро сами уедут? Проще подождать, чем навлекать на себя гнев непредсказуемых столичных колдовок. Так ведь? Надеюсь, что так. И все же валить надо из этого