— Мэдолин… Н-нас тогда даже пьяные в слюни парни на вечеринку не позвали. Ты рыдала в три ручья!

— Ну-у… Теперь это уже их проблемы.

— П-прости… Я всё ещё не могу поверить, что ты… это ТЫ. У тебя даже голос изменился.

Мэдолин тихо хихикнула.

— Показать водительское удостоверение? Я уже третий день ношусь по городу, меняя своё фото на всех документах. Сама не могла поверить, что результат будет таким.

— Н-но как, Мэд?.. Ты же была… Обычной. А теперь выглядишь как победительница конкурса «Как женить на себе миллиардера и сделать из него миллионера». Ещё чуть-чуть, и твои феромоны начнут действовать и на меня. Дай хоть грудь потрогаю! Вдруг накладная.

— Гы-гы-гы…

Джей-Джей вдруг притихла.

— Этот странный смех… Теперь верю, что ты та Мэдолин, которую я знаю… М-мать! Вот это холмища! Упругие и такие мягкие, что их хочется тискать снова и снова.

От представшей в голове картины мне стало совсем неловко. Того и гляди, что пуговица на штанах оторвётся.

— Как? — удивлённо пискнула Джей-Джей. — Боже милостивый! Как ты так изменилась?

По шуму шагов стало ясно — кто-то из девиц выглянул из закутка, проверяя, нет ли рядом посторонних.

— Дело не в боге, — Мэдолин понизила голос. — Завтра я уеду из Нью-Йорка. Такова часть сделки с тем, кто помог мне измениться. Он не хочет, чтобы я привлекала к себе внимание.

— Что? Погоди… Сделки с кем?

— Слушай внимательно, Джей-Джей, — Мэдолин стала говорить ещё тише. — Пока мы учились в старшей школе, ты была моей лучшей подругой. Поэтому своё Право Контакта я отдаю тебе. Захочешь — передашь право другому. Обращаться к Нему или нет — сама решай.

— Что? Кто? — Джей-Джей растерялась.

— Учти! — голос Мэдолин стал серьёзным. — Ты не сможешь рассказать правду сразу двум людям. Язык онемеет и всё такое. Не пытайся обойти правило. Главное — знай. Контракт с ним работает! Я не утерпела и решила рассказать всё тебе. У меня… Нет других подруг. В Нью-Йорке так уж точно. Скоро я забуду всё, что с Ним связано.

В закутке повисла тишина. Джей-Джей сильно удивилась услышанному. Я сам забыл, как дышать.

— Мэдолин… Какой ещё контракт? Кто этот «он»?

— Дьявол, — шёпотом произнесла Мэдолин. — Настоящий Дьявол. Или Белый Дьявол. Его по-разному называют. Не надо делать такие глаза, Джей-Джей. Я не шучу. Посмотри на меня. Скажи, могут пластические хирурги за день такое сделать? Нет, не могут. Однако нужные документы от Него я на это тоже получила. Ещё у меня больше нет порока сердца. Могу хоть сейчас пробежать кросс на пару километров.

— Но он же…

— «Дьявол, враг всех католиков»? — Мэдолин тихо фыркнула. — Джей-Джей, ему нет никакого дела до твоей души и невинности. И тем более служения тёмным силам. Дьявол заключает сделки. Знаешь… Он гадкий! До ужаса колкий в разговоре, но делает то, что пообещал. Каждый, кто приходит к нему, что-то просит и чем-то платит. Я согласилась отдать двадцать лет жизни ради того, что ты сейчас видишь.