[Видны следы обрушения перекрытия между первым и вторым этажом. В районе рабочего кабинета мамы — полнейший разгром. Ни одна стена не уцелела. Возможно, там что-то рвануло, и огонь перекинулся на другие части дома.]

Картинка перед глазами мелькнула, и меня повело в сторону.

[Как же не вовремя зрение вернулось!]

Последняя волна от сенсорного шока оказалась особенно сильной, и Сфера Восприятия отключилась. Ощущение, будто голова сейчас взорвётся.

Наш дом… Фамильное гнездо Гринчей сейчас походило на обугленный остов некогда прекрасного творения. Взрыв в районе кабинета мамы произошёл давно. На пепелище местами успела вырасти трава.

[Чёрт! Да что тут, в конце концов, случилось?] — в голове вдруг проскочила совершенно посторонняя мысль. —[Стоп. Если чувства возвращаются в том же порядке, в каком и пропадали, то и боль скоро вернётся.]

У меня левая ладонь, плечо и бок пробиты насквозь сосульками, выпущенными валькирией. Есть все шансы получить болевой шок или умереть от потери крови.

Рванув к себе в дом на углу участка, я не глядя запихнул все свои трофеи в тайник под кроватью. Здоровенный кусок пола вместе с местом для сна поднялся на гидравлических поршнях. Здесь находилась кладовка, о которой родители прекрасно знали. А вот те, кто устроил разгром в моей берлоге, сюда добраться не смогли.

[Хорошо, если есть мужик в доме. Вдвойне хорошо, если это ты сам.]

Наклонившись, я взял с полки несколько кухонных полотенец и толстовку. Обвязав её рукава вокруг раны на боку, подсунул снизу компресс. Получилась крайне слабая давящая повязка.

[Надо торопиться,] — другим полотенцем стираю следы крови с кнопки, открывающей тайник.

К моменту, когда я закончил, кровь из раны на плече залила половину тела. Пришлось повозиться с ней, а ладонь обвязать другой тряпицей.

Боль…

Она пришла, как я и опасался. Болело всё! Руки, ноги, отбитые о ступеньки рёбра и правая ладонь — в ней взорвалась серебряная вилка. Спина покрылась холодным потом. Из-за обилия всевозможных ран тело стремительно покидали силы.

— Мне надо в больницу, — говорю вслух, чтобы не потерять сознание от болевого шока. — Хорошо, что Центр Управления Сознанием [ЦУС] до сих пор в режиме «адаптация». Сначала надо подумать о собственном выживании. Потом узнать, куда перебралась семья.

В моём доме не нашлось мобильного телефона. Возможно, родители забрали? Снова задействовав Сферу Восприятия, заметил, что наш сосед Хенк Форестер сейчас не спит. Мужику далеко за шестьдесят, но он, что называется, «в ударе». Мама постоянно бухтит об этом, видя в кухонное окно, как ночные бабочки порхают около дома старика.