— А у тебя столько есть? — интересуюсь, приподняв бровь.

— Да уж небось у Императора найдется сыну на обновку! — встревает торговец.

— У меня свои есть, — задирает нос Кир. — И к отцу я за каждой обновкой не бегаю.

Я тихо хихикаю, а когда мы отходим в сторонку, уточняю:

— А как же оплата лечения?

— Отец разрулил так, чтобы не все за один раз, а понемногу три месяца, — неохотно объясняет Кир и добавляет шепотом: — Но мне вообще все равно, я таких денег и не видел никогда.

Боюсь, что воспитательный момент тут полностью похоронен. Ну что ж, ладно.

— Ой, глядите, детские игрушки! — замечает Кир. — Вам длянего не надо? — кивает на Алэка.

— Унего имя есть вообще-то, — говорю.

— Ну да… — Кир отводит взгляд. — Просто как-то… Так вам не надо?

— Ну пошли посмотрим, — соглашаюсь.

Игрушек у Алэка во много раз больше, чем сам Алэк, что по весу, что по занимаемому пространству. Но мне любопытно, почему Кира так волнует этот товар. Он прямо закапывается в лоток, щупает и рассматривает все подряд, от погремушек до кукол и от игрушечных телефонов до книжек. У меня язык чешется спросить, уверен ли он, что все это нужно Алэку, а не ему самому, но тактичность побеждает. Ладно, пусть поглядит, чего ему самому в раннем детстве не досталось.

В итоге с базара Пудинг увозит два огромных мешка детских причиндалов, я еле помещаюсь между ними в седле. Кир, оплативший больше половины покупок, на ходу листает интерактивную книжку муданжских сказок для самых маленьких. Хорошо, что лошадь — не машина и в столб не войдет. Впрочем, заметив, что всадник не следит за происходящим, скотина стала потихоньку заниматься своими делами — понюхала забор, наподдала копытом какой-то ящик, брошенный на дороге…

— Э, ты чего отстаешь? — слышу сзади голос очнувшегося Кира. — Ну давай, давай, пошел!

Животное упирается. Мы с Алэком плывем на диванообразном Пудинге, по бокам мешки болтаются, разворачиваться и ждать Кира не очень удобно, тем более что Алэк через мое плечо с интересом наблюдает за ссорой брата с лошадью.

— Ну ты, шакал, шевелись давай! — понукает Кир.

На шакала конь обижается, пытается встать на дыбы, получает тычка и оскорбленно трусит, обгоняя нас. К счастью, дворец уже близко.

Дома Кир жадно смотрит на мешки с игрушками, но ни открыть, ни попросить не решается. Тяжело ему, заставляет себя притворяться взрослым, а тут такие соблазны. Но если я заведу разговор, будет ведь все отрицать. Эх…

— Прежде чем давать игрушки Алэку, — замечаю между делом, — надо их протереть бактерицидными салфетками, вон пачка лежит. Справишься?