Я перевожу вопрос, меня он тоже интересует.

— От этих нет, — заверяют Азамат с матушкой и Тирбишем хором.

— Вот если увидите такие темно-темно-синие, а снизу серебристые, это грибы истины, их лучше просто так не есть, — сообщает матушка, выразительно тыча пальцами в собственные синие штаны и Азаматову серебристую сумку, чтобы моя маман поняла, о каких цветах идет речь.

Мама даже повторяет названия.

— Это не те ли, которыми меня Алтоша травил? — интересуюсь.

— Они самые, — кивает Азамат. — Но просто так, сырыми, мы их тоже не употребляем, только отвар или настойку.

Куница, которую ведет Сашка, внезапно останавливается, вытягивается столбиком и рявкает куда-то в кусты.

— Тихо, тихо. — Азамат пригибается и одним пальцем гладит маленькую головку. — Там лиса, она мимо идет, тебя не тронет.

Куница, почувствовав моральную поддержку, рявкает еще несколько раз для самоутверждения и успокаивается.

— Что там⁈ — выпаливают мои родичи.

— Лиса, — говорю.

— Ли-са, — повторяет Азамат. — Надо выучить всяких зверей вообще. А как будет волк? Или тигр?

Я перевожу, Азамат повторяет.

— Интересно, похоже на всеобщий немного. А как будет гхаррсан?

— А это кто? — Такого зверя я не проходила. Я и остальных-то знаю только по названиям болезней да по детским книжкам.

— Выдровая кошка.

— Э… Я такого не знаю. А на всеобщем как?

— Никогда не интересовался, — пожимает плечами Азамат. — Но если ты подойдешь ко мне на пару шагов, то вон в той развилке над оврагом увидишь.

Я послушно подхожу и прослеживаю взглядом направление, в котором указывает Азамат. Там на золотой сосне и правда сидит кто-то желтый размером чуть покрупнее обычной земной кошки и таращит на нас светлые глаза. Тут ребенок на мне, видимо почувствовав напряжение, завякал, и загадочное существо ухнуло с дерева куда-то в глубь леса.

— Я не знаю, кто это, — мотаю головой. — Оно хотя бы кошка или норка?

— Скорее кошка, хотя трудно сказать. Ест всех, особенно любит разорять сурчатники.

— Все сюда! — доносится зов Оривы. — Я нашла грибы-красавцы!

— Ого! — воодушевляется матушка и резко сворачивает на голос.

— О, пошли, пошли. — Тирбиш машет рукой моим, и все вместе мы топаем на Оривину полянку. Грибы и правда красивые, красные, с высоко задранными краями шляпки, торчат во мху, как рюмочки.

— Кто в сапогах, собирайте, — командует Орива, стоя на кочке. Полянка-то не полянка, а болотце.

— А может, босиком? — предлагает Сашка, шевеля пальцами в тряпочных кедах.

— Что вы, там же змеи! — хмурится Азамат. — У нас по болоту только в сапогах можно. Так, ма, Тирбиш, Шатун и я — собираем, остальные отойдите, где сухо.