— Брось бяку, — говорю. — И не пугай ребенка всякими гадостями. Пошли дальше, а то я боюсь, как бы нам еще какой-нибудь трон не всучили.

Азамат перекладывает мелкого на левую руку, а правой приобнимает меня и выводит из зала.

— Это последняя палата окружности, — объявляет Старейшина Ойраг. — Здесь представлены миниатюрные копии Императорских дворцов. После осмотра мы пройдем в центральную часть, где размещаются крупногабаритные экспонаты. Итак, приступим. Первые описанные дворцы восстановлены по иллюстрациям в хрониках, поэтому могут быть не совсем точны. По сути своей первые дворцы были шатрами, их можно было складывать и перевозить. Однако некоторые из них тем не менее достигали внушительных размеров…

Дворцы дивно хороши, что складные, что стационарные. Яркие, пестрые, блестящие, узорчатые, живописные… Особенно мне нравится дворец-шатер для лесного кочевья, у которого на зеленых стенках пришиты деревья и олени, чтобы лучше мимикрировать в лесу.

— Вот в этом размере они правильнее, — говорит Сашка, задумчиво рассматривая более поздние саманные постройки. —А то настоящие выглядят как сильно увеличенные кукольные домики.

Налюбовавшись на дворечики, мы выходим в центральную часть. Она поделена надвое: с одной стороны разнообразный Императорский транспорт, с другой — природа Муданга.

— Начнем с устройств для путешествий, — объявляет Ойраг, отпив из фляжки чего-то освежающего. — Поскольку мы не сразу научились пользоваться лошадьми, первые транспортные средства предназначены для переноски слугами. Следующая эпоха — передвижение на волах. Когда наконец приручили лошадей, появились вот такие легкие повозки со смягченными колесами, и уже попытки совершенствовать их привели к развитию инженерного дела. В результате создавались транспортные средства, работающие на дровах, химических реактивах, горячих камнях и так далее…

Разнообразные Императорские повозки тоже очень красивые, расписные, с резными украшениями. Поглубже представлена эволюция тазикообразных муданжских автомобилей — раньше они были совсем круглыми, но постепенно приобретали прямоугольность. За ними следуют разноцветные блестящие унгуцы, перламутровые и переливающиеся, похожие на гигантских жуков. Над всем этим возвышаются звездолеты — большие и маленькие, яркие и незаметные, с лапками, плавниками, копытцами и усиками, военные и пассажирские, гламурные и жутковатые.

— Неудивительно, что музей такой здоровенный, — замечает Сашка, вертясь на месте, чтобы осмотреть как можно больше кораблей. — Азамат, а у вас что, не принято на борту название писать?