А мастера стихий… похоже, им было стыдно, что ошиблись в прогнозах, или не верили в меня. Они будто бы стали избегать меня.

На тридцать пятый день я даже научился входить в режим ускорения, но не совершать сам рывок, просто чтобы выгадать несколько секунд на раздумья во время диалогов, например. Это было фантастически, я даже начал подозревать, что чутьё собственного развития, или даже не знаю, как это назвать, в общем, что странный голос внутри подсказал мне развивать навык именно ради этой побочки, а не из-за самого ускорения.

Единство со стихией дало и неожиданные плоды, например, я идеально чувствовал положение солнца и мог сказать время с точностью до минуты.

За прошедшие дни я провел еще две операции, и все успешно. Всего-то и надо было посадить ребят на диету по массо-жиро-набору. А в момент самой процедуры накачать их под крышечку витаминами и протеинами.

Энергоканалы в восстановленных конечностях прорастали. Хотя и были как та отросшая ладошка у Дедпула, мелкие и дряблые. Впрочем, восстановление меньшая из проблем.

Дядька более-менее уже обуздал свой табур, и каждый день меня доставал, когда же его черед, да когда же.

Сначала я восстановил ему ногу. Он проходил курс реабилитации и зажора на вторую операцию. Досуг его состоял в основном из качки и жрачки. Что б я так жил.

Вторую операцию в сжатые сроки проводить было рискованно, но он настаивал, да и неизвестно, выживу ли я вообще, так что, поддавшись на уговоры, руку тоже ему восстановил. Правда, такое вмешательство в и без того охренивающую энергосистему не прошло даром. Клим опять спасался подавителем и сидел на обезболах, вместе с процедурами снятия последствий от целителей.

Пришли новые боевые комплексы и оружие. Я, естественно, пощупал первым. Для многих опытных ребят, это было привычное дело, для меня же как первый игрушечный пистолет в детстве.

В новых костюмах имелся поддоспешник, похожий на водолазный костюм, а поверх него уже шли комплекты тренировочной, штурмовой или оборонительной брони.

Меня в первую очередь интересовала первая из них. Тренировочная броня предоставляла возможность выставить в настройках количество попаданий. Вплоть до индивидуальной подгонки под каждого бойца, в зависимости от мощности его табурного щита. В связке со специальными беспатронными автоматами, на звук и импульс которых работали уловители на броне, это максимально приближало тренировки к реальности. Когда забитое в настройках количество попаданий было зафиксировано, щит начинал отсчёт попаданий по прочности брони. А затем срабатывали блокираторы, и боец просто падал. Тут уже не нужен наблюдатель, да и не сжульничаешь.