собой дверь, оставляю ключи под ковриком. Ветерок с озера Комо в такой час довольно холоден. Дом бабушки Монте стоит совсем темный. Грустно видеть его пустым и безжизненным. Поворачиваю голову, смотрю на шикарный дом тети Лил. Он так и сияет, подсвеченный садовыми фонариками, которыми усеян идеально ухоженный двор. Всю жизнь этот дом вселял в меня ощущение спокойствия. Я снимаю на телефон жилище тети Лил, озеро и палисадник у нашего крыльца, потом выкладываю фото с подписью: «Время перемен». За спиной щелкает замок, и на пороге появляется мама. Она в пальто поверх халата, на лице тревога. — Жаль, что ты не даешь нам подвезти тебя в аэропорт. — Сама доеду. Такси уже в пути. Я похлопываю болтающуюся на бедре сумку и осматриваю чемодан. — Ехать в аэропорт с незнакомцем — плохая примета, — настаивает мама. — Ты сама ее выдумала. — Я могу отвезти тебя, Джесс, — предлагает появившийся на пороге папа и зевает спросонья. На нем треники и футболка с логотипом «Филадельфия Филлис». Волосы непокорно торчат, собираясь в подобие праздничного колпака. — Лучше было бы все обсудить. Мы не желали тебе зла, — с грустью говорит мама. — Желали или нет, итог один. Мама морщится. Будучи наполовину Монте, я умею делать больно, но половине, доставшейся от Баратт, стыдно, что я обижаю маму. Однако сейчас не время поддаваться чувствам и сгибаться под гнетом дочернего стыда. Родители теперь на Острове. К дому как раз подъезжает такси. Папа доносит чемодан до машины, укладывает его в багажник и протягивает ко мне руки. Я приобнимаю его, и мы оба неловко молчим. Почему-то папу я виню меньше, хотя он равноправный участник команды, которая поддержала навредивший мне план. — А как же мама? — неуверенно напоминает отец. Я решаю с ним не спорить. Оборачиваюсь, подхожу к крыльцу и заключаю маму в объятия. — Ты же сообщишь нам свои координаты, как доберешься? — Ладно, — вру я. Открытки на Остров никто из родных никогда не отправлял. Так просто не принято. Папа придерживает для меня дверь такси. — Я люблю тебя, — говорит он. Я сажусь в машину и захлопываю дверцу. — Проверка аэропорта. Ньюарк? Терминал С? — Так точно! — подтверждаю я. В предрассветных сумерках мы делаем последний полукруг вокруг озера Комо. Солнце уже золотит полоску воды на горизонте. Я смотрю навстречу рассвету. Не назад. 10. Слезы в самолете Сложив руки на коленях, я сижу на месте 32E на борту рейса 987 в Милан авиакомпании ИТА. Связываясь с сотрудниками насчет бронирования даты, я заодно сдала билет дяди Луи и вернула деньги