Само собой, о том, чтобы куда-то уйти, речи больше не заходило. Знаки не люди, от меня не убегут, грифоны тоже никуда не денутся, а вот нормальный помощник у меня имелся один-единственный. И мне не хотелось надолго покидать дом, не будучи уверенным, что в мое отсутствие он не помрет.

Пришлось сходить в горы и привести с собой Кость, оставив ее у постели больного вместо няньки. Ну а сам я, пока не рассвело, отправился пополнить запасы крови, которые постепенно подходили к концу.

Увы. Охота на этот раз не удалась — то ли из-за дождя, то ли из-за сильного ветра народу на улицах было мало, поэтому из двенадцати добровольцев мне на глаза попалось только три. Что за безобразие? В темные закоулки, понимаешь, никто в такую погоду не хочет соваться! Да и моя беззащитная персона почему-то не прельстила ни одного столичного бандита.

Одежду я по возвращении сменил, ногти почистил, мертвечиной от меня тоже пахнуть не должно. Так в чем же дело? Может, я мало побрякушек на себя нацепил? Или фляга в темноте слабо блестит?

Достав и тщательно отполировав свою главную приманку, я снова прицепил ее на видное место, пригладил волосы, оправил воротничок и из квартала Бедняков отправился прямиком в столичные трущобы в надежде, что хоть там найду подходящих кандидатов.

— Ой, какой хорошенький ма-альчик, — проворковала первая же встреченная мной на улице беззубая старуха.

— Ой, какая невкусная ба-абушка, — в тон ей отозвался я.

— А ну стой, поганец! — возмутилась бабка, попытавшись цапнуть меня за шкирку, но увидела мою добрейшую улыбку и шарахнулась прочь. — Чур меня! Чур!

— До свидания, — вежливо попрощался я, глядя, как бабка, подобрав грязные юбки, сломя голову понеслась прочь. — Надо же, а прыткая оказалась бабушка. Может, зря я на нее не позарился?

— Ты что там сейчас вякнул, сопляк? Пошто бабку обидел?! — вдруг высунулась из окна ближайшего дома чья-то немытая рожа.

Я обернулся и, оглядев замызганный домишко, в единственном окне которого тускло горел свет, приятно удивился: кроме крепкого и абсолютно здорового бугая, внутри больше никого не было. Затем демонстративно изучил щербатую физиономию хозяина, ощутил на себе злой взгляд и удовлетворенно кивнул.

Какая удача.

— Доброго вечера, уважаемый. У вас, случайно, комнаты на ночь не сдаются?

— Что-о?! — взревел бугай, и рожа из окна тут же исчезла, а взамен за дверью послышались тяжелые шаги. — Щас я тебе покажу комнату!

Дверь с визгом распахнулась, но прежде чем здоровяк успел разинуть пасть во второй раз, я легонько стукнул его сапогом по колену. Когда он согнулся, добавил еще разок по лбу, а когда незадачливая жертва растянулась на пороге, быстро огляделся.