Юстиниан еще не придерживался четко оформленной идеологии восстановления единой Римской империи, в тот период будущий наследник престола еще не был сторонником таких взглядов. Как полагает А. Гольтц, внешнеполитические планы и настроения Юстиниана поменялись в середине 520-х гг., когда взаимоотношения Византии и остготского королевства резко ухудшились. Согласно А. Гольтцу, к середине 520-х гг. правящая придворная элита Византии во главе с императором Юстином I (518–527) все в большей мере воспринимала остготского короля Теодориха I Великого (493–526) как врага империи, опасного конкурента в борьбе за контроль над средиземноморскими торговыми и военными путями. Соответственно, по мысли А. Гольтца, вполне логично изменилась и официальная идеология: теперь византийская правящая элита уже вполне серьезно рассматривала возможность военной экспедиции в Италию с целью завоевания королевства остготов. Как результат, А. Гольтц, в отличие от Ст. Краутшика, датирует создание хроники Марцеллина Комита серединой 520-х гг. [10] Вместе с тем, как показали X. Бёрм и Б. Нэф, после 476 г. в бывших западных провинциях империи активно развивались идеи восстановления империи под властью новой династии: по мнению X. Бёрма и Б. Нэф, носителями таких идей были представители духовенства, главным образом епископы крупных городов Италии, наиболее заинтересованные в воссоздании имперских структур на западе. По мысли указанных исследователей, основную роль в формировании подобных представлений сыграл епископ Павии Эннодий, современник короля Теодориха I Великого, который в своем панегирике в честь короля остготов (составлен около 507 г.) неизменно называл Теодориха римским титулом princeps и объявлял, что в лице Теодориха на территории Италии возродилась династия римских императоров. Как полагают X. Бёрм и Б. Нэф, в понимании Эннодия Теодорих, пришедший к власти в 493 г., возродил в Италии старую Римскую (Латинскую) империю, сохранил и продолжил традиции римской имперской государственности. Как полагает X. Бёрм, только после 568 г., когда Северную Италию захватили лангобарды, италийский клир и италийская сенаторская аристократия потеряли надежду на восстановление империи на территории Италии, тем не менее эти надежды резко усилились в пределах королевства Меровингов, т. е. в Галлии, что, по оценке исследователя, и привело к созданию франкской империи Карла Великого уже в последней трети VIII в. [11] Наконец, в 2014 г. Μ. Майер обратил внимание еще на три аспекта идеи падения Западной