Через полминуты вокруг меня собрались десять человек — лучшие стрелки нашего отряда, созданная мной снайперская команда. За спинами у них были длинные ружья с нарезными стволами — моя гордость, выстроганная и выкованная за долгие зимние месяцы. На каждом — прицел из линз, позволявший целиться куда точнее обычного.
— Братцы, — говорил я торопливо, пока они заряжали ружья. — Видите вон ту группу на холме? Это Кучум с Карачи. Если положим их — может, татары дрогнут, может, начнётся смута в их стане. Это наш единственный шанс.
Степан, седой казак, ветеран многих походов, прищурился.
— Далековато будет, Максим. Шестьсот шагов — это не шутка даже для этих ружей. Но попробовать надо.
— Знаю, — кивнул я. — На пределе дальности, а то и за ним. Но другого случая не будет. Пороху у нас всего ничего. Давайте, занимайте позиции! Только чтоб вас татары не заметили!
Казаки полезли на стену. Наконец все заняли позицию. Я встал крайним справа, тоже вскинув ружьё.
— Целиться в двоих в центре — это Кучум и Карачи, — скомандовал я, глядя в прицел. — Кто в красном бешмете — это Карачи, кто рядом — Кучум. Половина — в одного, половина — в другого. Карачи нам нужен мертвым, потому что если погибнет Кучум, он возглавит татар, и будет еще хуже. Учитывайте ветер — дует справа налево, снесёт пулю. Берите упреждение, как мы тренировались.
Руки у меня дрожали от напряжения. В прицеле я видел расплывчатые фигуры — на такой дальности даже оптика не давала чёткой картинки.
— Приготовились, — прошептал я, хотя на таком расстоянии враги всё равно не услышали бы.
Тишина повисла над стеной. Даже грохот таранов словно отступил на второй план. Слышно было только, как бьются сердца да свистит в ушах кровь.
Я сделал глубокий вдох, медленно выпустил воздух. Палец лёг на спусковой крючок.
— Огонь!
Грянул залп. Десять ружей выстрелили почти одновременно, извергнув клубы белого дыма. Дым тут же понесло ветром, застилая обзор.
Глава 8
А потом он рассеялся, и я увидел, как телохранители подняли и понесли обмякшие тела Кучума и Карачи в ханский шатер, как забегали между юртами воины, как поскакали куда-то всадники.
— Кучум убит! — заорал кто-то из наших на стене. — Братцы, хан убит!
Радостный крик подхватили десятки глоток. Казаки размахивали саблями. некоторые даже сняли шапки и подбрасывали их вверх. А из татарского лагеря донеслись совсем другие крики — полные ужаса и отчаяния.
Тараны остановились. Крики «Хан мертв!» прокатились по рядам татар близ Кашлыка. Они сначала застыли в оцепенении, не зная, что делать, а потом повернули назад. Татары выскочили из таранов, и, петляя, как зайцы, чтобы не получить в спину арбалетный болт, побежали в лагерь. Командиры пытались остановить бегущих, но тщетно. Паника распространялась как степной пожар.