На тропинке виднелись следы лошади бегущей галопом. Оно и понятно. Я бы с перепугу и не так припустил, особенно если бы лес собирался рухнуть мне на голову. В правом верхнем углу мелькнуло сообщение:

'Критическое состояние!

Зафиксированы множественные порезы, обильная кровопотеря, а также сквозное ранение печени. Необходимо срочное оказание первой медицинской помощи.'

— Ага. Спасибо. Сейчас позвоню на 112 и вызову скорую. — Улыбнулся я, впрягся в телегу и потащил её по тропе петляющей из стороны в сторону.

Лес нехотя расступался передо мной. Слева на ветке заметил белку, которая прыгала по ветвям следуя за мной.

— Трухлявый, если ты смотришь на меня, то я бы не отказался от помощи. — Прокряхтел я чувствуя что силы быстро покидают меня.

Если бы священная роща не питала меня живой, я бы уже давно потерял сознание и помер. А так, бреду потихоньку обливаясь кровью. Всё отлично. Да, можно было бы бросить телегу и пойти налегке, но…

Внезапно лес закончился, я увидел забор из сосновых жердей. Тёмные горизонтальные линии проступили между стволами.

— Я дома. — Улыбка сама собой появилась на моих губах, а потом я оступился и рухнул лицом в снег.

Сквозь чёрную пелену уносящую моё сознание в небытие, я услышал вопли стражника Санька:

— Тарас! Там Ярый! Весь в крови!

Раздался топот ног по промёрзшей земле, и чьи-то мощные руки перевернувшие меня на спину. Света я уже не видел, только почувствовал как сухая ладонь врезала мне по щеке и послышался крик деда: «Ярый! Очнись, сучёныш! Не смей подыхать, слышишь⁈»

А потом наступила абсолютная тишина. Я проваливался в пустоту ощущая безмятежность и лёгкую пульсацию в животе, плече, груди, ноге, предплечье. Пульсировали полученные раны, а мой разум уплывал туда где не было живы. Где процветала коррупция и право сильного. В город Арзамас.

* * *

Объект в Арзамасе я невзлюбил с первого взгляда.

Поместье конца семнадцатого века, стояла на окраине города за разбитой грунтовкой и гнилым штакетником. Красивая когда-то постройка сейчас напоминала старуху, которую обобрали до нитки и бросили помирать на обочине.

По документам на реставрацию выделили семнадцать миллионов рублей. По документам завезли лиственничный брус, дубовую доску, кровельное железо, крепёж. По документам бригада из двенадцати человек трудилась здесь четыре месяца. А по факту я стоял посреди пустой площадки и не видел ни единого следа ремонтных работ.

— Иван Петрович, а где всё? — Андрей крутил головой и хлопал глазами. Стажёр приехал со мной из Нижнего.

Молодой, да ещё и с женой на седьмом месяце. В добавок ко всему Андрюша болел хроническим дефицитом денег в кармане. Только получит зарплату, а уже бежит ко мне, Иван Петрович, займи родненький! Оно и понятно, молодой семье нужно жильё, которое он взял разумеется в ипотеку.