Необыкновенная весна — Если бы ко мне пришла Волчица и сказала: «Ёжик хочешь, я тебя сделаю волчонком?» — я бы ей сказал: «Нет!» А ты? — Я бы ей сказал: «Только попробуй!» — А она бы сказала: «Соглашайся, Медвежонок, мы с тобой вместе будем есть лошадей!» — А я бы ей сказал: «А кто будет Медвежонком?» — А она бы сказала: «А Медвежонка не будет. Будет коричневый волчонок Топотун». — А кто будет Медвежонком?! — Я же тебе говорю, — сказал Ёжик, — Медвежонка не будет: будет коричневый волчонок Топотун. — Отойди! — рявкнул Медвежонок. — Или я не знаю, что я с тобой сделаю. — Так это же не я — это же Волчица, — сказал Ёжик. — Всё равно! — сказал Медвежонок. И заплакал. Необыкновенная весна Это была самая необыкновенная весна из всех, которые помнил Ёжик. Распустились деревья, зазеленела травка, и тысячи вымытых дождями птиц запели в лесу. Всё цвело. Сначала цвели голубые подснежники. И пока они цвели. Ёжику казалось, будто вокруг его дома — море, и что стоит ему сойти с крыльца — и он сразу утонет. И поэтому он целую неделю сидел на крыльце, пил чай и пел песенки. Потом зацвели одуванчики. Они раскачивались на своих тоненьких ножках и были такие жёлтые, что, проснувшись однажды утром и выбежав на крыльцо, Ёжик подумал, что он очутился в жёлтой-прежелтой Африке. «Не может быть! — подумал тогда Ёжик. — Ведь если бы это была Африка, я бы обязательно увидел Льва!» И тут же юркнул в дом и захлопнул дверь, потому что прямо против крыльца сидел настоящий Лев. У него была зелёная грива и тоненький зелёный хвост. — Что же это? — бормотал Ёжик, разглядывая Льва через замочную скважину. А потом догадался, что это старый пень выпустил зелёные побеги и расцвёл за одну ночь. — Всё цветёт! — выходя на крыльцо, запел Ёжик. И взял свою старую табуретку и поставил её в чан с водой. А когда на следующее утро проснулся, увидел, что его старая табуретка зацвела клейкими берёзовыми листочками. Весёлая сказка Однажды Ослик возвращался домой ночью. Светила луна, и равнина была вся в туманен а звёзды опустились так низко, что при каждом шаге вздрагивали и звенели у него на ушах, как бубенчики. Было так хорошо, что Ослик запел грустную песню. — Передай кольцо, — тянул Ослик, — а-а-бручаль-ное… А луна спустилась совсем низко, и звёзды расстелились прямо по траве и теперь звенели уже под копытцами. «Ай, как хорошо — думал Ослик. — Вот я иду… Вот луна светит… Неужели в такую ночь не спит Волк? Волк, конечно, не спал. Он сидел на холме за осликовым домом и думал: «Задерживается где-то мой серый