мне всё это или на самом деле?» — подумал Медвежонок. — На самом деле, на самом деле, — молча сказал второй. «Неужто вправду?» — подумал Ёжик. — Вправду-вправду, — сказал третий. — Вы что любите? — спросил Медвежонок. — Мёд или клюковку? — Клюковку-клюковку. — И мёд, — заметил, не раскрывая рта, первый. Ёжик быстро всё поставил на стол и налил чай из самовара. — Очень тут у вас хорошо! — Очень! — закивал первый. — Так покойно-покойно! — Ёлка красивая! Медвежонок хотел спросить, долго ли они летели и вообще — откуда, но постеснялся. — Мы издалека, — как бы угадав медвежьи мысли, начал первый. — Очень издалека, — кивнул второй. — Наша планета так далеко, — заметил третий, — что её и не видно. — Где? — спросил Медвежонок. — А нигде. — Это… как? — Ёжик впервые поднял голову и прямо поглядел на картошек в отросточках. — Нигде не видно, — улыбаясь, говорил третий. — Нигде-нигде. Мы издругой галактики. Ёжик с Медвежонком переглянулись. — Из другой солнечной системы, — молча, пояснил первый. — У вас… солнце другое? — выдохнул Ёжик. — Другое-другое, — закивали инопланетяне и тихонечко засмеялись. Отсмеявшись, все трое стали пить чай из блюдец, есть клюкву и мёд. — Вы ешьте, ешьте, — угощал Ёжик. — Кушайте, — кивал Медвежонок. — У нас много, — говорил Ёжик. — На всю зиму хватит! — Это ничего, что у вас другое солнце, — подбадривал Медвежонок, захватывая ложкой побольше мёда и подкладывая инопланетянам. — А мёд везде вкусный! — Правда-правда, — беззвучно сказал первый. — Ага! Кисленько! — третий сморщился. — А если смешать — будет кисло-сладко, — сказал Ёжик. Ему хотелось как-то получше, погостеприимнее встретить инопланетян, чтобы здесь, на их с Медвежонком земле, в их лесу, инопланетянам было радостно и хорошо. — Нам радостно! — Нам хорошо! — Мы очень довольны! — заговорили вместе все инопланетяне. Но Ёжик открыл люк, спустился в погреб, достал и грибков, и брусники, и орехов — всего, что было у них в доме. А Медвежонок снял со стены балалайку и заиграл. — Эх! Эх! — Ёжик взял платочек и пошёл в пляс. И инопланетяне, неловко толкаясь, вылезли из-за стола и заплясали вокруг Ёжика. А самый маленький, третий, пошёл вприсядку. «Ах, вы сени, мои сени!» — играл Медвежонок. И отросточки на головах инопланетян шевелились. А Ёжик всё плясал, Медвежонок играл, и они даже не заметили, что, кроме них, в доме никого нет. — Ох! — охнул Ёжик и кинулся к окну. На том месте, где садилась тарелка, лежал ровный, нетронутый снег. Они выбежали на крыльцо — молодой месяц, как попугай, сидел