— Минимальный? Потому что Давид якобы начал говорить? Давид знает много, но не всё. И Садык это прекрасно понимает. Он просто выделывался, это точно.

— Да, — задумчиво ответил Ширяй, продолжая гонять мысли в голове. — Знаешь, как он сказал? Мы, конечно, готовы принять у вас какие-то признания, но информацию мы уже начали получать от вашего сотрудника, от Давида Георгиевича. Утырок! Чушок пробитый!

— Но он хоть что-то подтвердил примерами? — помолчав, поинтересовался я.

— Подтвердил, твою мать! — взорвался Ширяй. — Подтвердил!

Он шарахнул кулаком по деревянному подлокотнику и снова посмотрел на меня, как будто собирался сожрать, и передо мной вновь замаячил призрак Панюшкина.

— Он упомянул кое-что из прошлой жизни, — кивнул Ширяй. — Никитоса упомянул, назвал парочку заказчиков и исполнителей, с которыми тот якшался. Ко мне через них подобраться невозможно, это я всё подчистил. Но сам факт, понимаешь, сам факт…

Он снова ударил по подлокотнику.

— То есть, — поднял я брови, — Садык вам сказал, что Давид заговорил и в качестве иллюстрации упомянул что-то из старых дел?

Ширяй молча уставился на меня горящим взглядом и ничего не ответил.

— То есть он не про текущие дела говорил, да? — повторил я вопрос.

— Сколько ты ещё раз переспросишь? — рявкнул он.

— Тогда это стопроцентный блеф, Глеб Витальевич, — как ни в чём не бывало ответил я. — Прогон. Туфта. Лапша.

— Блеф! Охрененный анализ! Блеф, сука, и лапша! А ты не так уж и хорош, как казался раньше!

— Так подумайте сами. Это какой период? Конец девяностых? Кем тогда был Давид? Откуда он может знать о тех делах? Он тогда ещё был пацаном зелёным. Насколько я понимаю, с вами он тогда и не работал даже. И что он может рассказать?

Ширяй мрачно посмотрел на меня.

— Садык неплохой манипулятор, — добавил я. — Опер со стажем. Он прекрасно понимает ваши опасения, и сейчас, я уверен, он просто поднимает цену. Понимаете? Взвинчивает цену. Он хочет изначально создать для себя более выгодную позицию и получить кусок пожирнее. Вы ему уже что-то предложили?

— Хер ему после таких его слов.

— И не поддавайтесь. Он через пару дней сам к вам обратится. Только не давайте ему слишком много, а то он, мне кажется, просто охренел.

На самом деле, было странно, что Ширяй так серьёзно отнёсся к сказанному Садыком. Тот мог построить сегодняшний разговор, опираясь даже на те же материалы, которые публиковал Сергеев, и на то, что в различных более ранних беседах ему сообщил я. Он хотел получше присосаться к потокам, но Ширяй завёлся капитально.

Он встал с кресла, подошёл к большому панорамному окну, уставился на площадь с машинами, на парковку со снующими людьми, на медицинский центр «Энергетик», уродская крыша которого была как на ладони.