Мама вздрогнула и, ругнувшись, держась за сердце, ушла на кухню.Я ей улыбнулся в след и, сняв трубку, спокойным голосом сказал:
— Алло.
— Саша, здравствуй. Это Маша.
— Привет, — поморщился я. Разговаривать с ней категорически не хотелось.
— Ты уже приехал? А то я тебе звонила.
— Угу, — был не многословен величайший из великих.
— Я звонила, — повторила она, ожидая, что я приму участие в разговоре.
Но мне этого не хотелось, потому что беспочвенные обвинения их семейства в мой адрес меня несколько взбесили.
— Я понял.
— Хотела с тобой поговорить.
Взмолился к небесам и, поняв, что они мне не помогут, устало повторил:
— Маша, я очень занят. Говори, что ты хотела сказать. Мне некогда!
— Я хотела извиниться за папу. Он сожалеет, что обвинил тебя. Даже Давид Эдуардович сказал, что мой папа не прав и ты ни в чём не виноват.
— Это было ясно с самого начала!
— Ну, просто мы так расстроились, за…
— Я понял! Понял! — поторопил её я. — Я всё понял и извинения принял. На этом всё?
— Нет, — запнулась она. — Саша, я хочу с тобой встретиться.
— Зачем? — опешил Саша.
— Мне надо с тобой поговорить.
— О чём?
— Это при встрече. Когда мы можем встретиться?
— Хз! — честно ответил я и, ощутив, что собеседница не поняла, пояснил на русском: — Не знаю. Я сейчас сильно занят. Давай дней через пять.
— Так долго, — явно недовольно протянула она, потом вздохнула. — Ладно. Я подожду. Ты позвонишь?
— Да, — пообещал бывший пионер, и собрался было прощаться.
— Но у тебя же нет моего телефона! — негодующе произнесли в трубке.
— Вот же ж блин горелый! — прорычал я и таки записал продиктованный номер телефона. — У тебя всё? Хорошо. Извини, что я возможно груб, но уже вечер, а мне ещё предстоит сделать пару миллионов звонков по работе. Пока.
Расстроенная собеседница повесила трубку, а я, быстро опустив на аппарате рычажок, предназначавшийся, в том числе и для сброса вызова, набрал тёте Золотовой домой.
Там, явно не трезвый, мужской голос ответил, что она допоздна задерживается на работе.
Набрал в редакцию. На месте, неуёмной бывшей ВРИО, тоже не оказалось. Однако на телефоне была секретарша. Узнав, кто звонит, попросила не вешать трубку и убежала искать свою начальницу.
Не прошло и семи минут, как на другом конце провода раздался какой-то шум, а затем запыхавшийся голос произнёс:
— Гриша, это ты? Ты приехал?
«Пипец! Совсем у тётеньки на „роулингской“ теме крыша поехала», — обалдело подумал я, а вслух сказал:
— Гриша пока в пути. Он ещё не подъехал.
— А кто это? — удивилась Ольга Ивановна.
«Вообще ку-ку⁈ Жесть!»
— Это его сводный брат, Саша.