Зорина покраснела до корней волос. Вальтер закашлялся. Аларик остался невозмутим, только бровь чуть приподнял — единственный признак удивления.

— Это не та тема, которую я хотел бы обсуждать, — заявил я, очерчивая границы. Личная жизнь не предмет для переговоров.

— Я спрашиваю не из праздного любопытства, — пояснил барон Тарен. Он говорил так спокойно, словно обсуждал погоду или цены на зерно, а не судьбу собственной дочери. — Зорина является обладательницей Креста Героя. Это делает её ценным активом для рода. Появилось много кандидатов, которые желают взять её в жёны. Представители влиятельных семей, причём далеко не из нашей системы. Людям нужны связи с героями войны. Брак с обладательницей Креста Героя — это политический капитал, который можно конвертировать в деньги и влияние.

— Я не товар на рынке, — процедила Зорина сквозь зубы.

— Ты дочь барона Тарена Солариона-Дорна, — жёстко ответил Тарен. — У тебя есть обязательства перед родом, давшим тебе жизнь и образование. Наш род нужно усиливать. Связи нужно налаживать. И сейчас ты подходишь для этого идеально. Ситуацией нужно пользоваться сейчас, пока ты свежа и молода. Я собирался отправляться за тобой в академию, чтобы вернуть обратно в род, так что даже хорошо, что ты прибыла сама. Сэкономила мне время и деньги на дорогу. Уже через несколько недель мы сыграем свадьбу.

— Я отказываюсь! — прорычала Зорина. Голос сорвался на крик, выдавая всю глубину ярости и отчаяния.

— Твоё мнение меня не интересует, — произнёс барон Тарен. — Ты должна исполнить свой долг, дочь. Всё, что я могу тебе позволить — выбрать среди трёх кандидатов. Они…

— Моя жена не будет ничего выбирать. — Неожиданно для всех слово взял Вальтер. В его голосе зазвучали нотки, которых я раньше не слышал — аристократическая надменность и абсолютная уверенность в своём превосходстве. Откуда-то из глубин вылез тот самый Вальтер, который существовал ещё до получения позывного Малыш. — Из уважения к тому, что вы являетесь отцом Зорины, я не стану требовать сатисфакций за оскорбление чести моей жены. Однако впредь попрошу держать свои эмоции и желания при себе. Барон захудалой системы должен знать своё место, когда разговаривает с виконтом из высшего дома Кирон!

— Жена⁈ — воскликнул барон Тарен, явно оказавшись не готовым к подобному повороту событий. Впрочем, как оказались не готовы к нему вообще все. Мы с Алариком уставились на Вальтера, как на заговорившего грувака, неожиданно создавшего гипердвигатель. Лишь Зорина осталась невозмутимой, разве что покраснела ещё гуще. Единственный признак того, что она вообще слышит происходящее.