помолчать. Хотя бы до тех пор, пока я не утолю голод. Роза, кажется, обиделась на меня.

Поджала губы, встала и, не сказал ни слова, ушла. А мне неожиданно стало стыдно за свое

поведение. Но не настолько, чтобы послать Мисту, вернуть воспитательницу назад. Так что я

задвинула куда подальше угрызения совести и сняла серебряную крышку с тарелки. Есть хотелось

неимоверно.

Я уже подчистила яичницу с ветчиной, принесенную мне услужливой горничной, когда раздался

стук в дверь. Мы с Мистой переглянулись, служанка пошла узнавать, кто там такой смелый. Я

ожидала увидеть Кэт или Эльдана на худой конец. Но услышав чистый, серебряный голос эльфа,

имя которого вылетело у меня из головы, но который уже бывал у меня в комнате, оцепенела.

Что он здесь забыл?

— Милая, — донесся от двери чарующий голос остроухого, — спроси свою хозяйку: не

согласится ли она составить мне компанию в прогулке по королевскому парку?

Меня почему-то будто парализовало. Хотя, что такого в том, чтобы побродить с мужчиной по

тропинкам у всех на виду? Положив непослушными, будто одеревеневшими пальцами вилку на стол,

я оглянулась на Мисту и хотела уже покачать отрицательно головой, когда в голову пришла

шальная идея. И я утвердительно кивнула.

Пирожное снова осталось лежать на столе нетронутым. Но я и так уже знала, что завтра все

невесты Эльдана будут работать в канцелярии королевы-матери и разбирать жалобы. Потому съела

я или не съела лакомство, уже было неважным. Зато в коридоре меня поджидал иной десерт:

когда я выплыла из своей комнаты под ручку с эльфом, в своих штанах и тунике, а ушастый при

этом не озаботился снять с головы ажурный обруч, видимо, играющий роль короны, навстречу нам

шла Алисия и еще одна невеста, Ида. Обе, наверное, забыли даже, как нужно дышать. А ушастик,

заметив это, еще и взял мою руку, перевернул ее и, томно подкатив глаза, с благоговением

поцеловал мне ладошку. Словно я своим присутствием одарила его как неземной милостью. А

потом, когда полуобморочные девицы остались за спиной, заговорщицки мне подмигнул.

Теперь настала моя очередь подкатывать глаза:

— Ну и зачем этот спектакль? Простите, Ваше Высочество, — с некоторым сомнением добавила

я, — но как вы, наверное, понимаете, этикет и я — несовместимые вещи. Я могу и ляпнуть

что-то оскорбительное ненароком.

— Меня не так-то просто оскорбить, если я того не хочу, — неожиданно спокойно отозвался

эльф. А я укрепилась в своей догадке, что этому светловолосому красавчику от меня что-то

нужно. — Так что просто будьте собой, леди Полина.

Заинтриговано разглядывая это идеальное лицо с чистой кожей и правильными, словно