«Спасибо, что вспомнил», — язвительно отозвалась та.
«Мы ничего не гарантируем, — отрезал Пестрецов. — Не исключено, что у нас ни черта не выйдет, и ради выполнения задания тебе придется спать с мужиками. Ничего личного».
«Так и знала, что с этой лесбийской задницей нам еще нянчиться придется!» — зло откликнулась Рысь.
Несмотря на то что между двумя разведками фактически был подписан пакт о ненападении, по пути на Логдерн, откуда им предстояло отправиться в Кабестан, Грейс все-таки несколько раз атаковала Светку, заставляя ту морщиться и огрызаться. Один раз даже ухитрилась сзади ухватить ее под грудь:
— Иди ко мне, голубонька моя сизокрылая!
— Да пошла ты к черту, проклятая кобыла! — взорвалась Светлана, вырвавшись. Хорошо хоть в глаз не залепила от неожиданности. — Бабец!..
Фрау Кюнхакль совершенно не оскорбилась — по крайней мере, никак этого не проявила. Похоже, такое обращение ей даже польстило.
Светка, конечно, хотела, чтобы оскорбилась. И посильнее.
«Эти уроды совсем обленились, — заметил Казимир. — Забирают рабов почти сразу по прибытии на станцию. Не дают даже пару дней поработать в какой-нибудь артели, чтобы их дальнейшее исчезновение выглядело более реалистично и не было связано с перерабатывающей базой — типа несчастный случай или еще что. Если потянуть за эту ниточку, вполне можно выйти на руководство станции, которое закрывает глаза на то, что новоприбывших тупо обращают в рабство. Причем белых…»
«Наверняка у этих уродов тут все схвачено, оттого и потеряли страх. — От волнения Грейс перешла на интерлингву; ее голос дрожал, причем, похоже, не столько от страха или напряжения, сколько от охотничьего азарта настоящего секретного агента. — Я бы еще как следует проверила, не имеет ли руководство станции вообще долю в этом грязном деле…»
«Ну, что ты! — возмутился Песец. — Разве такое возможно⁈ Они же граждане демократического государства! Вот если бы русские коррупционеры…»
«Увы, проживание в демократическом государстве автоматически не делает ублюдка человеком», — вздохнула Грейс, не заметившая в словах Пестрецова едкого сарказма.
«Ладно, отбой, — проворчал Песец. — Расщебетались, птички! В оба смотрим…»
Глава 7
— Ну, вот и все, — объявил Малик Мусонбе, входя в каюту. — Извини, бро, что заставил дожидаться. Срочные дела. Пришлось надрать пару белых задниц.
— Да не вопрос, браза, — расслабленно откликнулся Боб. — Условия царские, грех жаловаться. Я бы не отказался подождать еще пару часов…
Они с подругой, обнявшись, лежали в огромной джакузи, наполненной теплой розовой водой. На бортике ванны стояли ополовиненные бокалы с бластерией.