— Добрый день, Степан Игнатьич, — поздоровался я с ним, меня Витя зовут, а его Джон.

— Привет, — нехотя буркнул тренер, кинув на нас быстрый взгляд, — чего надо?

— Мне ничего, а вот Джон хочет записаться в вашу хоккейную секцию, так-то он в молодежке Нью-Йорк Рейнджерс играл (правильно, Джон?), но так сложилось, что в ближайшие полгода будет жить и учиться в нашем городе. Не хочет терять форму, короче говоря…

Окунев вытаращил свои и так немаленькие глаза на нас обоих, так что они совсем уже расширились до невероятных размеров.

— А ты не гонишь? — задал он мне такой немудрящий вопрос.

— Можете справиться в 38 школе, если не верите, — ответил я.

— А сам-то Джон умеет говорить? Чего это ты за него всё озвучиваешь?

— Умею, — подал голос Джон, — просто я очень скромный и не привык перебивать других.

— Значит, говоришь, в Рейнджерсах играл?

— Да. Два года занимался на Мэдисон Сквер Гардене.

— И на какой же позиции ты там занимался?

— Левый крайний нападающий.

— В Рейнджерс же сейчас Эспозито играет, да?

— Только что перешел из Бостона. А так-то у нас самый известный игрок это Брэд Парк…

— Да-да, был такой в суперсерии… против Харламова персонально играл. Ну и чего стоим? Быстро переодеваться и на лёд — покажешь, чему тебя там в Америке научили, — скомандовал Окунев Джону, а потом добавил лично для меня, — тебя это тоже касается.

— Есть переодеваться и на лёд, — взял под козырёк я, и мы вдвоём скрылись в подтрибунном помещении.

В лабиринте коридоров мы там быстро разобрались, а на вопрос какого-то там унылого хозяйственника я ответил, что Окунев приказал выдать нам форму и клюшки, что он и сделал без лишних вопросов. Подходящие размеры нашлись быстро, Джон, правда, долго морщился от запашка, стирали эти штаны с майками явно не каждый раз. И вот мы уже полностью готовые к бою и походу переваливаем через бортик.

— Стоп, — скомандовал со своего места Окунев, — эти двое новички, сейчас они покажут, чему их научили там, откуда они к нам пришли. Для начала покажите технику катания — вперёд, назад, повороты, виражи в обе стороны, резкое торможение у борта, поехали.

Мы с Джоном разогнались параллельными курсами, у противоположного бортика резко затормозили, выбросив по фонтану льда из-под коньков, потом он заложил левый, а я соответственно правый вираж. Ну и назад мы вернулись задним ходом.

— Хорошо, теперь владение клюшками — ведение, дриблинг, прием и передача друг другу.

Сделали и это, я не так, чтобы блестяще, а у Джона всё отлично получалось.

— Теперь по десять бросков и щелчков вот по этим воротам, Антон, вставай и лови, — сказал он вратарю в решётчатой маске, — по очереди бейте.