Мы кивнули друг другу. Я остался рядом с Абхилашей, которая устало стояла на ногах, но не позволяла себе ни сесть, ни опереться на меня: бой — нельзя. Я бежал на помощь Абтармахану.

Шаманов было не двое, а трое. Один ещё совсем молодой, но он явно уже закончил обучение. Вот они-то, при поддержке ещё одного ученика, который больше кружил вокруг брахмана и отвлекал мелкими атаками на себя внимание, и старались задавить придворного чародея. Вот с ученика-то я и решил начать, посчитав глупым связываться в столь ослабленном состоянии с призванными и воплощёнными шаманами демоническими духами и странным грязным туманом, чьи хлопья то и дело складывались в чьи-то физиономии. Абтармахан жёг это странное образование, но окончательно уничтожить так и не мог. Неважно.

Тело само-собой выполняет знак «быстро». Миг, и я за спиной ученика. С рук сорвалось воздушное лезвие. Перебит позвоночник. Труп.

На меня обратили внимание: один из противников опустил руки в грязный туман. По нему пошли чёрные разводы, сформировавшие змеиные головы. Что же, есть у меня в памяти кое-что нестандартное. Спасибо старику Халаю, научил…

Одной рукой я запустил в кого-то из шаманов огненную стрелу, отвлекая, а другой, свободной, вычертил в воздухе пылающую руну, и мой противник отшатнулся в сторону. Из воздуха высунулись четыре огромных собачьи головы на змеиных шеях. Неистово лая, они потянулись к шаману, желая оплести его, тянясь к мясу ужасными пастями. Еще секунда — и схватят, вцепятся, разорвут в клочья… Но гнилостно-чёрные змеи не позволили им этого сделать. Завязалась схватка, где мои псы однозначно проигрывали. Оно и не удивительно: я не слишком силён в подобного рода чарах. Существа с моей стороны слабые, их меньше: четверо против семи — куда уж тут иметь равный расклад?..

Мана подходила к концу. Я и до раздвоения изрядно потратился, потом было сложное заклятие двойника, затем, собственно, разделение, разменявшее ману пополам. По идее, тот я, который стоит рядом с Абхилашей, может передать имеющуюся ману тому мне, который сражается… Дьявол, как же сложно ощущать себя таким образом! Но ладно. Хватит, пожалуй.

В руке возник огненный меч, тело окружил огненный доспех. На последних крохах маны я бросил в кого-то воздушное лезвие. Абтармахан почти додавил молодого врага, добить его ему мешали остальные двое. Резко набрав скорость и не обращая внимания на атаки, некоторые из которых частично вполне пробивали огненный доспех, я разбежался и попробовал прорваться к самому старому из противников сквозь туман. Тот мгновенно сгустился. Ни доспех, ни активная рубка мечом, который без поддержки маной довольно быстро начал тухнуть и истощаться, не помогли мне выбраться. Я чувствовал себя мухой, попавшейся в мёд. В следующий момент две змеиные головы отделились от схватки с псами, в стане которых остался и вовсе один боец, которого также догрызали двое противников. Мгновение страшной боли, когда меня буквально разрывали надвое, а затем… Я развеялся, ощутив себя всё также стоящим рядом с Абхилашей.