В любом случае, следующие два дня я буду заниматься только одним — ковать. Кулак, затвердевший и жаростойкий, будет стучать по металлу, а пальцы, окутанные специальными чарами, будут этот самый металл мять. Мысли станут придавать ему форму, а губы исторгнут слова, которые окончательно сумеют спаять всё это воедино. Серебро, олово, медь, железо, тот странный металл, который остался от твари из зеркал — всё пойдёт в дело. И венец моего будущего инструмента — крошка адамантия. Старательно размягчённая заговорами и чарами, а ныне медленно сформировывающая из себя внутри будущего жезла всего один символ из языка чар — с’мшита. «Магия». Просто. Незатейливо. Но какое слово может оказать большее влияние на мой будущий инструмент?..

Спустя двое суток я был полностью вымотан, хотел только есть. И спать. И отдыхать. Не было ни маны, ни сил. Даже, кажется, немного праны ушло. Единиц десять, не больше. Но и этого хватает, чтобы чувствовать недомогание.

Хозяин кузницы, как увидел меня, больше похожего на вампира, осенил знаком Мардука и Энлиля. Затем молча проводил взглядом и пошёл осматривать своё владение: ничего ли я там не испортил. Я же добрался до гостиницы, где выкупил себе номер заранее. И лёг спать. Да. Просто спать. Выкованный новый жезл улетел в инвентарь, не успев окончательно остыть. А на полученный уровень я даже и внимания не обратил.

* * *

Следующий день, несмотря на, вроде бы, неплохо идущие для меня события, характеризовался плохими предчувствиями. Что у нас могло в это время случиться? Враги, кроме Альфиры, где-то далеко шагают вместе с армией. Войны кончились, дуэль ещё нескоро. Гм… Месяц сменяется… Траур какой? Ещё что? Разве что задания до сих пор не выполнены. Но и всё. Может — в них дело? Тоже вряд ли… Я вообще не понимаю, что может случиться!

Короче, так ни до чего не додумавшись, я отправился к берегам Арахту, чтобы поупражняться со своим новым жезлом, выглядящим довольно внушительно. И первое моё впечатление — слишком сильный.

Он источал силу уже когда я взял его в руку. Очень, очень мощный инструмент. В нём можно было запасти немало маны и заклинаний, но я поторопился ковать такой. Выпущенная с навершия огненная стрела усилилась и не просто растеклась по земле, но даже слегка взорвалась. Пламя было… Словно более концентрированным. Знак «магия» буквально увеличивал силу заклинаний. Ненамного, но увеличивал. Улучшал мою концентрацию и эффективность расхода маны, когда я держал эту штуку в руках. Но из-за того, что в жезле буквально была часть моей ауры мы должны были сливаться с инструментом при колдовстве. Эта сила обжигала духовные линии. Уже после нескольких десятков относительно мощных заклинаний они ныли.