— Они подставили меня, эти бритые головы. Это из-за них я оказался на том корабле! Они искали подходы к дядюшке Вилле через меня, а когда не получилось — вот что со мной сделали. Перехватили на пути в Аскерон!

— В Аскерон? А кой черт тебе нужно было в Аскероне? — удивился Рем.

— Дядюшка Вилле решил пригласить на Север представителей ортодоксов, оптиматов и популяров — чтобы они выступили на Эдускунте и рассказали, чем их вера отличается от остальных и почему северяне должны снова пустить к себе проповедников. Мы люди неторопливые, нам нужно подумать, порассуждать… Так о чем это я? В Аскероне, говорят, у вас живет святой человек, которого уважают все ортодоксы. На холме, огонь с которого видать издалека — вот туда я и шел, чтобы попасть к нему и попросить приехать на Север! А другие люди шли в Тимьян, к популярским теологам, и в Кесарию — в Синедрион, к оптиматским мудрецам. Корхонены думают, что в Синедрионе не знают, как ведут себя бритые головы на Севере… В общем — всё это так сложно, Рем! Мне точно нужен хороший советчик, и точно нужна помощь в Аскероне!

Аркан откинулся на планшир и почувствовал, как морской ветер треплет его волосы. Бывает так, что жизнь сама показывает, куда стоит сделать следующий шаг. Или это Бог трогает нити человеческих судеб? Экзарх — вот к кому нужно идти! Не дряхлый герцог, не коннетабль дю Грифон и не маги — никому из них нет доверия. Глава ортодоксов Аскерона — величина абсолютная. И пока еще ни разу не было, чтобы человек, пришедший к воротам монастыря святого Завиши Чарного с действительно серьезным делом не был допущен к экзарху. А то, что дракон в ящике и дела на Севере достойны самого пристального внимания — в этом Рем Тиберий Аркан не сомневался.

— Давай договоримся так, Микке. В Аскероне я тебе, конечно, помогу. Пойдем вместе на холм святого Завиши, где стоит монастырь — тот самый, с огнем на самой высокой башне, и постучимся в ворота. Уверен — нам откроют.

Микке кивнул, и напряженно посмотрел на Аркана.

— А на Север?

— Знал бы ты, Микке, какая чертовщина ждет меня по приезде… Я ведь родного отца пять лет не видел! А мой папаша — это… Это…

— Как ты, только старый? — усмехнулся северянин.

— Старый, вредный, ворчливый, фанатичный, бесстрашный, очень умный и очень, очень опасный злодей с уникальным чувством юмора… Иногда я думаю, что мой папаша — самый опасный человек в Империи, не считая моих дядей, конечно.

— Я смотрю ты его любишь?

— О, да! — хохотнул Рем. — Его нельзя не любить, он весьма обаятельный и интересный в общении злодей… Да и как многодетный отец был очень неплох — сейчас я это понимаю. Черта с два у меня бы получилось справиться со всем, что на нас навалилось, если бы не он…