Лошадиное ржание и стук колес по брусчатке возвестили о том, что это был конный экипаж.

— Кур-рва, на том же месте, второй раз! А-а-а-а, гады, я сожгу эту чертову конюшню дотла, слышите? Дотла! — Рем вопил, пинался и вырывался в ярости, до тех пор пока его не кинули на дощатый пол и не принялись топтать ногами.

Силы были явно неравны, и вскоре он потерял сознание.

* * *

Очнуться от тянущей боли в руках и груди — это просто отвратительно. Обнаружить себя подвешенным в одних штанах на цепи в какой-то каменной каморке — настоящий кошмар. Рем с трудом открыл глаза и попытался разобраться в ситуации.

— Маэстру Аркан, приветствую вас в моем скромном жилище. Прошу прощения, что пришлось вас побеспокоить, но мне очень нужно было поговорить с вами, — прозвучал усталый, чуть с хрипотцой голос.

Тиберий повернул голову и уставился на говорившего, покачиваясь на цепи. На Аркана смотрел кряжистый чернобородый мужчина в роскошном, черном с золотом дублете и щегольских шоссах. На пальцах его сверкали золотые перстни с крупными камнями, на груди болталась массивная золотая же цепь. Сейчас у него была борода лопатой, но несколько лет назад он носил элегантную эспаньолку… Барон дю Массакр!

— Чтобы поговорить со мной, вам достаточно было прислать посыльного с приглашением. Что вы себе позволяете, барон?

Массакр почесал бороду, скрестил на груди руки и вдруг рявкнул:

— Кто-то убирает претендентов на престол! Я знаю вашу аркановскую породу! Твой папаня замечтал скипетр для младшенького сыночка? Только через мой труп!.. А, черт! — Массакр понял, что сказал глупость, стукнул кулаком в каменную стену, приблизил свои налитые кровью глаза к лицу Рема и проговорил: — Тибе-е-ерий! Ну зачем тебе быть герцогом? Оставь скипетр мне. Ну пожалуйста…

Коротко замахнувшись, он резко двинул молодому Аркану кулаком под дых. Тот задохнулся и беззвучно пытался ухватить ртом воздух, постепенно все четче осознавая, что находится во власти человека, у которого явно не в порядке с головой.

В глазах дю Массакра плескалось безумие, движения были дергаными, при разговоре изо рта летела пена… Это было действительно страшно.

— Забирай скипетр себе, барон. На кой черт он мне сдался? — выдохнул, наконец, Рем. — Хочешь, я официально заявлю об этом на городской площади? Давай, освободи мне руки, дай встать на ноги — и мы поговорим по-человечески.

Массакр размахнулся и съездил Рему по зубам здоровенным кулаком. Губу парню рассекло перстнем, в голове как будто ударили в колокол.

— По-человечески? Гнида! — заорал Массакр. — Говори, какого хрена ты делаешь? Как ты убил Тарле? Кто тебя поддерживает?