Аркан повис на цепях, железные оковы впились ему в запястья. Голова гудела, из разбитой губы текла кровь, стали кровоточить еще и десны. Сплюнув красной жижей на пол, он сказал:
— Вот как тебе объяснить, что меня самого интересуют те же самые вопросы? И про Тарле, и про Тисбенда… Ну, по крайней мере, я теперь знаю что это не ты. Давай, отпусти меня — у нас последний шанс разойтись миром… Иначе… Ну, ты ведь знаешь нашу аркановскую породу, да?
— Ты мне угрожаешь? — Барон выпучил глаза. Он дернул себя за воротник, золотая пуговица отлетела, и, мелодично пробежав по полу, закатилась в щель между каменными плитами. — Йоп! Сюда!
Что значит «йоп»? Пока Рем над этим думал, в каземат вошел голый лысый мужик в одном только кожаном переднике и с саквояжем в руке.
— Мастер Тар-Малахай проведет с тобой разъяснительную работу, — злорадно сказал дю Массакр. — Йоп, ты не убей его, ладно? Я еще вас навещу…
Страшный человек кивнул и, пропустив барона, склонился над своим саквояжем, щелкая замками. У Рема потяжелело в коленях, стоять на носочках на каменном полу стало очень тяжело, а по спине пробежал неприятный холодок.
— Вас ведь Йоп зовут? — внезапно охрипшим голосом спросил Аркан.
— Меня зовут Йоп, да. Йоп Тар-Малахай, да.
Дю Массакр сделал галантный жест рукой, прощаясь, и вышел, аккуратно закрыв за собой дверь. Йоп Тар-Малахай стал доставать из своего саквояжа какие-то диковинные металлические приспособления и выкладывать их на белую тряпицу, расстеленную на полу. Рядышком он разжег жаровню, куда положил еще парочку металлических изделий.
— Эй, мастер Тар-Малахай, что вы собираетесь делать?
— Я собираюсь вас пытать, да… Чтобы вы отвечали на вопросы, да…
Холодный пот выступил на лбу и спине Аркана и он дернулся, гремя цепью.
— Так я же отвечаю на вопросы, вашу мать! Сущую правду отвечаю!
Палач покачал головой:
— Вы отвечаете не то, что хочет его милость барон, да, совсем не то…
Он был очень близко, Рем видел его лысину, плохо побритую и с красными пятнами грибка. Нужно было что-то срочно предпринимать!
Вдруг Йоп схватил из жаровни железяку и ткнул ей Рему в ногу. Раздалось ужасное шипение, каморку заполнил запах горелой плоти, Аркан разразился проклятиями и еще сильнее затряс цепь.
— КАК ТЫ УБИЛ ТАРЛЕ?!! КТО ТЕБЯ ПОДДЕРЖИВАЕТ? КАК ТЫ СОБИРАЕШЬСЯ УДЕРЖАТЬ ВЛАСТЬ?!! — вдруг заорал Йоп дурным голосом.
Он, крича, очень непрофессионально наклонился к самому уху Аркана, и тот почувствовал, как у палача воняет изо рта. Этот гнилостный запах послужил катализатором, который пробудил в душе Рема волну всепоглощающей ярости, пришедшей на смену страху.