На этот раз азарт от погони был слабым и отдавал горьким привкусом беспокойства.

Лойд, Лойд… во что же ты вляпался, если пришлось потратиться на полноценного вестника? Неужели тварь, с которой ты столкнулся, оказалась настолько сильна?

Что это? Демон? Вампир?[5] Другая высшая мерзость, которую проморгали тригольские сыскари?

Очутившись меж непроницаемо-черных стен знакомого коридора, я почти бегом помчался по следу, видя его не глазами, а нутром, чувствуя всем своим существом, как чувствует и видит добычу получившая команду «фас» ищейка.

Расстояние до Нирна было немаленьким, но я не зря зашел на тропу именно на темной стороне. Старую мельницу в той деревне я тоже прекрасно помнил, поэтому не пожалел сил, чтобы оказаться там как можно скорее.

Наверное, если бы я так не спешил, то нашел бы время постоять и подумать, почему Лойд вообще обратился ко мне. По какой причине он не привлек к этому гораздо более опытное и многочисленное тригольское сыскное Управление и отчего его след казался не просто стойким, а еще и очень свежим, словно маг знал, каким именно образом я перемещаюсь во Тьме. Знал и не сомневался, что я успею оказаться на месте вовремя.

Первая мысль о том, что что-то не так, посетила мою дурную голову, когда сразу на выходе с тропы сразу обе мои ноги влипли в какое-то удерживающее заклинание, и я, оказавшись посреди единственной улицы Нирна, не смог сделать по ней ни единого шага.

Подозрения эти переросли в уверенность, когда всего через миг после этого мое горло захлестнула наброшенная сзади удавка, а затем с силой дернула, буквально пришпилив меня к ближайшей стене. Следом за этим такие же прочные путы обернулись вокруг запястий, плеч, бедер и щиколоток, врезавшись в кожу с такой силой, что на снег закапала кровь. Наконец, когда я увидел вывернувшего из-за угла ближайшего дома Лойда, смысл непонятной записки стал окончательно ясен: столичный маг и впрямь начал новую охоту.

Вот только на этот раз его дичью были не твари, а я.

— Ну, здравствуй, Рэйш, — приветственно кивнул он так, словно мы с ним, по меньшей мере, приятели. А затем подошел ближе и, заложив руки за ремень, тонко улыбнулся: — Давно не виделись. Как жизнь?

Я быстро покосился по сторонам.

Нирн, как и положено, выглядел заброшенным и мрачным. Разрушенные дома, разбитые окна, уныло торчащие из стен обломки печных труб… когда-то в этой деревеньке я сполна познал, что такое ненависть к людям. Но, как говорил мастер Этор, история имеет свойство повторяться, вот только сегодня объектом для всецело охватившего меня чувства стала не жестокая толпа, а такой же маг, как я сам.