Едва микроавтобус затормозил в гаражном отсеке бункера, и мы начали выходить наружу, к нам строевым шагом подошел дежурный офицер связи, держа в руках телефон.

— Граф Громов, — обратился он, протягивая трубку. — Вас ожидают.

Я стянул пыльную перчатку, приложив динамик к уху.

— Громов слушает.

— Рад слышать, что вы и ваша компания остались живы, Виктор Андреевич, — раздался спокойный голос Императора. В его словах было слышно легкое, но вполне искреннее облегчение. Едва ли монарх каждую минуту проверял статус нашей автономной вылазки, но потерю такой группы он точно не хотел бы записывать в сводки. — Удалось ли достать скрижаль? — перешел к делу Император.

— Все прошло успешно, Ваше Величество, — ответил я, глядя, как один из оперативников аккуратно выносит завернутый в ткань артефакт из салона. — Не без сюрпризов местной архитектуры, но скрижаль у нас. Мы уже на объекте, выгружаемся.

— Хорошо, — голос Федора II стал чуть более оживленным. — Мы здесь тоже не сидели сложа руки и как раз кое-что накопали насчет скрижали, которую передавали людям. Думаю, вам понравится эта информация.

Я прикрыл глаза. В памяти все еще стояла невыносимая удушливая жара, запах серы, осыпающийся многотонный каменный потолок и огромная морда лавового змея, плюющегося жидким огнем. Я вспомнил, как висел над трехсотметровой пропастью, удерживая эльфийку за руку на невидимой платформе.

— Ваше Величество, — произнес я. — После недавних приключений меня уже ничем не удивить.

Император коротко, почти беззвучно хмыкнул в трубку, оценив мой тон.

— Отдыхайте, граф. Сдайте артефакт в безопасный блок. Жду вас в переговорной, как только приведете себя в порядок.

Я отдал телефон офицеру, забрал у бойца тяжелый сверток со скрижалью и кивнул остальной группе.

До бункера, в жилой сектор, мы добрались без задержек.

Я сдал тяжелый сверток со скрижалью дежурному офицеру для помещения в безопасный блок и сразу же направился в санитарный узел. Снять с себя форму было невероятно приятно. Ткань стояла колом от засохшего пота, пыли и насквозь пропахла серой.

Под горячим душем я простоял не менее получаса, смывая с себя въевшуюся грязь. Вода приятно массировала ноющие плечи и правую руку, которую едва не вырвало из сустава, когда я удерживал Шаю над пропастью.

Вытеревшись насухо, я натянул чистые спортивные штаны и футболку, заранее подготовленные для меня персоналом, и вернулся к себе в комнату. Едва за мной закрылась дверь, я рухнул спиной на матрас. Кровать показалась невероятно мягкой. Я закрыл глаза, рассчитывая моментально провалиться в глубокий сон.