«Она здесь живет?»
Он достал свое пиво. «Последние две ночи спала на диване, вот и все».
«Что случилось с этой цыпочкой?»
«Не знаю», — сказал он, пригубив пиво и бросив пустую банку на пол вместе с остальными. «Кому какое дело?»
«Если она собирается здесь ошиваться, я хочу знать, с кем имею дело».
«Сонни, расслабься. Она просто выдохлась за год или два после окончания школы».
"Все равно рассмеши меня и расскажи мне об этом Кевине-Ките и о работе, которая может сорваться. Поторопись, пока она не вернулась».
Прежде чем он успел что-то объяснить, мы услышали, как к дому подъехала машина.
Крэш подошел к окну и отодвинул штору настолько, что смог выглянуть и посмотреть, кто это. «»Говори о дьяволе», — сказал он.
«И он появляется», — хихикнула Молли, вваливаясь обратно в комнату.
«Малышка», — сказал Крэш, отходя от окна. «Ты опять забыла смыть? Я не слышал звука смыва в туалете, и мне не нужен запах девчачьей мочи, перебивающий аромат этой праведной травки, которой мы все наслаждаемся».
«Черт», — сказала она, положив указательный палец на нижнюю губу. «Я не… может быть?»
«Чертовы белогривые, чувак, какого хрена?» Крэш посмотрел на меня и наклонил голову в сторону двери. «Кевин-Кит здесь».
Отлично , подумал я,пора познакомиться с этим говнюком с двумя именами .
Глава 8
У каждого есть своя история. Судя по его виду, у Кевина-Кита МакАдамса их было, наверное, четыре или пять, и все они раздражали. Как только он вошел в дверь, сработала моя внутренняя система оповещения о том, что он мудак. Парень лет двадцати примерно моего роста, с вьющимися светлыми волосами до плеч, которые, как и вся его фигура, явно нуждались в тщательном мытье, обладал одним из тех долговязых, худощавых телосложений, которые бывают у суперхудых парней. На нем были маленькие, но очень рельефные мышцы, которые выглядели впечатляюще, но были скорее результатом отсутствия жира в организме, чем тренировок или особой спортивной подготовки. Он носил джинсы, испачканные грязью, с дешевой майкой «Селтикс», болтавшейся в заднем кармане, и пару шлепанцев, видавших лучшие времена. Его левая рука была покрыта татуировками вплоть до кончиков пальцев. В основном это были черепа, демоны и голые девки, явно тюремные татуировки (даже не тюремного уровня), причем сделанные некачественно. Прямо под его горлом и через всю грудь, как я догадался, каким-то готическим шрифтом, были выведены слова: ТОЛЬКО БОГ МОЖЕТ СУДИТЬ МЕНЯ. Как раз в тот момент, когда я подумал, что он не может быть еще большим засранцем, он снял темные солнцезащитные очки и показал рисунок на своем лице.