— Саэко, ты знаешь, что значит выбрать путь самурая? Это ответственность перед родом, перед семьёй. Ты уверена в своём выборе?

Я молчал — в данный момент отвечать должна была только девушка, ибо вопрос очень серьёзный.

Саэко ответила твёрдо, с уважением. Во время ответа она подняла подбородок чуть выше, взгляд был прямым. И если честно, её ответ расставил все точки над i — она прямым текстом припечатала ответ, который не имел никакой другой трактовки:

— Ото:сама (по‑нашему: уважаемый отец), я осознаю всю тяжесть этого выбора. Но я верю в Минато‑сана. Он не просто воин — он человек чести. И я готова разделить с ним этот путь.

Всё. Точка. Знаете прикол «без меня меня женили»? Вот здесь примерно такая же хрень. Нет, речь идёт только о намерениях девушки, и про свадьбу ни слова. Но вот если я отвергну её намерение «разделить путь», то я даже и думать не хочу, что этот злобный ящер со мной сделает.

Её отец медленно кивнул, будто принимая её слова. Его плечи чуть расслабились, но взгляд оставался острым. Он снова посмотрел на меня, слегка склонив голову набок. Затем он выдал кратко, весомо:

— Хорошо. Тогда начнём сначала. Кто ты, юноша? И откуда взялся в жизни моей дочери? — жёстко спросил Бусуджима‑старший.

Я собрался с мыслями, но прежде чем успел ответить, мужчина слегка выпрямился, расправил плечи и произнёс уже более официальным тоном:

— Позволь представиться: Бусуджима Редзи, глава дома Бусуджима и хранитель традиций семьи. Для тех, кто уважает наши обычаи, — просто Рюдзи‑сан.

Его взгляд по‑прежнему оставался пронзительным, но в нём появилось что‑то новое — намёк на готовность выслушать. Он сделал едва заметный жест рукой, словно говоря: «Теперь твоя очередь».

И только тогда я ответил, стараясь говорить чётко и без лишней суеты:

— Намикадзе Минато. И как бы я… скажем так, не совсем местный. Попал сюда недавно, и, если честно, вообще без понятия, каким образом мне всё вам объяснить.

Рюдзи на мои слова прищурился, его голос стал жёстче, пальцы непроизвольно сжали предплечье:

— «Не местный»? Что это значит?

Пока я собирался с мыслями, Саэко быстро меня опередила. Она подалась вперёд, её ладони легли на край котацу:

— Отец, это долгая история. Мы расскажем всё, но сначала нужно понять главное: Минато — не враг. Он уже доказал это сегодня.

Бусуджима‑старший перевёл взгляд с дочери на меня и обратно. На его лице мелькнуло что‑то похожее на усмешку, уголок рта чуть приподнялся. Он сделал глубокий вдох, расправил плечи.

Решив мне довериться (об этом говорил тон его голоса, который чуть смягчился), он произнёс: