С этой мыслью я наконец закрыл глаза и провалился в сон.
Проснувшись утром, моей первой мыслью было: «На кой я храню деньги под стиралкой, если есть инвентарь?» Вторая мысль была не лучше: «Что мешает постирать носки вручную?» Видимо, по моей жадности сильно вчера прилетело, если с утра в голову лезет такая дичь.
Отключив орущий будильник, я глянул на время — 6:30. Мне в шарагу к восьми, на дорогу уйдёт минут сорок, так что сделать все утренние дела ещё успеваю. Собственно, с них я и начал.
Направившись к шкафу, из которого изъял форму. Стандартная мужская школьная форма в Японии называется «гакуран» или «цумэ‑эри». В принципе, если обобщить, то это переделанная прусская военная форма. Состоит она из:
пиджака с длинными рукавами — со стоячим или округлым воротником, застёгивается на пуговицы (часто украшены эмблемой школы, что символизирует уважение к учебному заведению);
чёрных брюк прямого кроя с высокой талией и чёрного пояса;
рубашки со стоячим воротником и пятью золотыми пуговицами;
обуви — в прошлом к форме полагались традиционные деревянные сандалии «гэта», в современном варианте (в частности, моём) это белые макасины.
Напялив форму и убедившись, что она сидит нормально, я отправился делать завтрак. Он состоял из очередных бутербродов с чаем. Пока поедал оные, меня посетила в каком‑то веке нормальная идея: как‑нибудь сготовить что‑то посущественнее.
«Меня останавливает только неумение нормально готовить и тот факт, что за создание биологического оружия меня по головке не погладят, — подумал я, откусывая бутерброд. — Хотя тут дело скорее в том, что мне просто лень».
Потом мысли как‑то перетекли в сторону полученной сыворотки. «Я, конечно, ни разу не эксперт и точно не помню весь сюжет „Ведьмака“, но разве после уколов этой херни народ, в особенности дети, не дохли в промышленных масштабах? — хмуро размышлял я. — Всё моё знание по тому миру базируется на пройденной игре, а именно третьей части, ну и вышедшем фильме. Но ладно, хер бы с этим. Меня волнует другой вопрос: на кой хрен мне дали три шприца? Зачем?»
Доев и помыв посуду, решаю закрыть вопрос с деньгами. Под стиралкой их хранить всё‑таки неразумно. Достав оставшиеся купюры, я убедился, что страдал хернёй — всё на месте. В общей сумме после всех трат у меня осталось 803 410 тысяч от изначальной суммы.
«Я ничего не брал, а уже слил 2/3 среднестатистической местной зарплаты, мрак, — вздохнул я. — Повезло, что мне от щедрот подкинули ещё три мульта, так что жить буду».
Глянул время — 7:06. Думаю, пора выходить. Напялив кроссовки и подхватив чемодан, я направился в сторону учебного заведения.