Татаринов дисциплинированно кивнул, хотя по виду его было понятно, что он весьма смущен происходящим.

— Так, ну а где же мы ему возьмём лошадей?

— О, с этим все много проще, чем с верблюдами! Должно прибыть намедни два барка с лошадьми из Калифорнии. Прекрасные там, в Новой Испании, жеребцы — как раз придутся впору для дальней экспедиции!

Татаринов, однако, все еще сомневался.

— Ваше Превосходительство, у меня прямо сердце не на месте. Как-то неблагородно мы поступаем с сиим юношей, лишая его законного количества верблюдов! — сконфуженно сообщил он Муловскому.

— Ах, оставьте, Пётр Семенович! — отмахнулся Муловский. — Австралия большая — полвека пройдёт, пока он изъездит ту часть, что доступна с лошадей. Вы же пойдёте в натуральную пустыню, а значит, вам верблюды важнее. Кроме того, господин Миранда давно просил добыть ему верблюдов для селитренных разработок в Чили, где надобно транспортировать по пустыне большие массы добываемой в горах селитры. А мы с таким трудом привезли сюда этих верблюдов — ведь половина дорогою передохла! — и теперь ни а что ни про что отдадим их этому выскочке? Нет уж! Всё, решено: берите себе дюжину, и ближайшим клипером отправляйтеся в Калифорнию согласно распоряжений Его Императорского Величества!

Первое письмо Александра фон Гумбольта Вильгельму фон Гумбольту.

'Дорогой Вилли, как ты должно быть уже знаешь, я внял твоему совету и поступил на русскую службу. Не без труда и приключений я все же сумел пересечь бесконечные равнины Мексики и оказался в Акапулько. Прибыв здесь на первый корабль до Порт-Александрийска, я направился в Сингапур, куда и прибыл 10-го марта 1801 года.

Шхуна шла из Калифорнии с заходом на Сандвичевы острова и в Кантон. Капитан, господин Крузенштерн, несмотря на молодость, выглядел весьма опытным моряком. Он рассказал, что шхуна клиперного типа была построена в Охотске, и назначалась для трансокеанской торговли. Герр Иоганн, услышав, что я отправляюсь в длительное путешествие, рассказал, что давно уже мечтает совершить исследовательскую экспедицию в Южные моря, и питает надежду уже в следующем году сменить негоциацию на поиск новых земель на славу Российской империи.

Доставив пшеницу и кожи на Сандвичевы острова, шхуна ушла затем в Шанхай с грузом сандалового дерева. Сандал чрезвычайно ценится в Китае, и, по словам капитана Крузенштерна, сии плавания приносят огромные прибыли.

Порт Шанхая показался мне настоящим столпотворением. Город сей расположен в устье большой реки Янцзы, совершено запруженной мелкими лодками. Небогатые китайцы буквально живут тут на реке, иной раз месяцами не сходя на землю.