Разгрузившись в Шанхае и приняв тут груз чая, мы отбыли в Порт-Александрийск. Плавание наше протекало чрезвычайно споро благодаря исключительным ходовым качествам судов класса «клипер» и несомненному искусству капитана.
Наконец, после двадцатидневного плавания, в девять часов вечера наша шхуна вошла в Малаккский пролив. Чудная картина открылась перед глазами! Стояла ночь, взошла луна. Наша шхуна беззвучно скользила между островами, освещенными серебристым светом. Кругом стояла тишина лишь плеск волн за кормой и свист ветра в снастях. Вода сверкала по бокам и сзади шхуны брильянтовыми лентами; сверху на нас смотрели мириады звезд, и между ними особенно хорошо было созвездие Южного Креста. Ах, такого никогда не увидишь в Германии!
К утру мы подошли к самому Порт-Александрийску. С берега тотчас понеслось к шхуне несколько малайских лодок. Памятуя о недоброй пиратской славе этих мест, я было перепугался, предполагая что это — знаменитые пиратские «прао», но герр Крузенштерн любезно пояснил мне, что, с тех пор как русские утвердились в проливе, пиратство пошло здесь на спад, и приближающиеся к нам лодки принадлежат всего лишь торговцам провизией и фруктами. В подтверждение этих слов капитан разрешил замедлить ход, взяв рифы на парусах.
Осмелев, я стал смотреть, что такое привезли эти азиатские «негоцианты». Шоколадный полуголый малаец, красиво сложенный, с шапкой черных, как смоль, жестких курчавых волос, предложил нам купить манго, апельсины, ананасы и живых кур, и отчаянно при этом торговался, не желая уступать. Я знал, что уже вскоре смогу купить все в порту много дешевле, но после долгого сиденья на солонине не смог утерпеть и потратил пару талеров на это невинное развлечение. Действительно, жареные куры за обедом показались всем необыкновенным лакомством, а чудные сочные ананасы — превосходным десертом.
Целый день шхуна продолжала маневрировать в проливе между островов; наконец, мы повернули в залив, и уже в сумерки бросили якорь на рейде, верстах в пяти от города Порт — Александрийск.
Но что ж такое Сингапур? Я еще не сказал ничего об этом. Это островок, в несколько миль величиной, лежащий у оконечности Малаккского полуострова, под 1°30' северной широты, следовательно, у самого экватора. Он приобретен русскими всего десять лет назад, в 1790 году, у одного из малаккских султанов — султаната Риау-Джохор. В то время это был совершенно бесплодный островок, не имевший в глазах малайцев какой-либо ценности.
Теперь же нынешний Сингапур, в торговом отношении, принято сравнивать с древней Венецией. На мой вкус, это слишком слабое сравнение, совсем не лестное для Сингапура. Что такое капиталы времен Венецианской республики пред нынешними? Что такое положение Венеции в тесном Средиземном море, перед положением Сингапура между Индиею, Китаем, Малаккским полуостровом, Новой Голландией, Сиамом, Кохинхиной и Бирманской империей, которые все шлют продукты свои в Сингапур и оттуда в Европу? А чего не везут теперь из Европы сюда? Что такое, наконец, так называемая тогдашняя роскошь перед нынешним комфортом? Нет, Венеция положительно не может служить тут примером!