— Эвона как! — поражались русские солдаты, впервые увидев заснеженные вершины Тюрингских гор — Всё тут, не как у людей! У нас, вона, по весне-то на пригорке снег скоро тает, а в лощине долго лежит; а здесь-то, в земле немецкой, всё шиворот-навыворот! Внизу снега уж нет, а на горках всё белым-бело!

Вдруг среди разгорячённых работою солдат, раздевшихся несмотря на прохладное утро, до исподнего, пронёсся шум.

— Генерал! Генерал на осмотр приехал. Сам Дмитрий Сергеевич!

Генерал Дохтуров, невысокий сорокалетний крепыш, действительно, появился среди своих работавших людей. Не имевший какого-то бравого вида, он очень по-простому разъезжал всюду на невысокой своей лошадке, затевая тут и там разговоры, будто добрый помещик среди занятых жнивой поселян. Удивительно, но этого неказистый с виду военачальник пользовался, по слухам, большим доверием и любовью государя.

— Вы чуть свет на ногах, Пётр Степанович? А я вас в штабе обыскался! — завидев адъютанта, незлобиво попенял он.

— Распоряжаюсь саперными работами, Ваше Превосходительство! — бодро отвечал Котляревский.

— Правильно делаете, капитан. Изъявляю свое вам удовольствие! Только вы прежние обращения бросьте — ныне надобно по-простому: «генерал», даже без «господина»! Не слышали у себя там, на Кавказе?

— Простите, генерал. Старая привычка!

— Да что вы, Бога ради! Пустое, капитан! Просто время теперь такое — церемонии все побоку, главное — дело делай, а государь непременно заметит! Кстати — как идут дела с укреплением позиций?

— Полагаю сегодня кончат, Ваш… генерал!

— Славно. Французы на подходе, завтра войдут в Тюрингский лес, и пойдёт тут потеха… По данным шпионов нашего Главного штаба, противник будет пытаться преодолеть Тюрингский лес напрямую, по горным дорогам!

Котляревский знал, что дорог через Тюрингский лес оказалось всего три. Они прихотливо вились вдоль невысоких, поросших еловым лесом гор, то ныряя в ущелья, то прижимаясь к склонам, то горделиво возносясь прямо на середину хребтов. Одна вела от Шмалькальдена, где уже появились французы, до Вальтерхаузена, другая — от Зуля, где уже видели французские разъезды, до Гераберга; третья от Шлойзингена до Ильменау, и четвёртая — от Айсфельда до Зальфельда.

— А известно ли точно, какими дорогами пойдёт неприятель? — осведомился он у Дмитрия Сергеевича.

— Определённо — всеми! У Моро восемьдесят пять тысяч войска, артиллерия и обозы — ему понадобится непременно все три дороги, да и то будет очень тяжело проникнуть. Но два пути из четырёх крайне неудобны для артиллерии, поэтому основной натиск ожидается через два ущелья: от Айсфельда и от Зуля.