— Закрой глаза, Юля из Самары. И приготовься стать Эвелиной.

Он коснулся её лба прохладными пальцами. В тот же миг белая комната дрогнула, пошла рябью, словно поверхность воды, и начала распадаться на тысячи мерцающих точек. Юля почувствовала, как её сознание окутывает волна чужих воспоминаний — мягких, изящных, но в то же время тяжёлых, как фамильные цепи.

Перед глазами замелькали образы: детские игры в саду с золотыми деревьями, уроки этикета, первый бал, слёзы после ссоры с отцом, тайные прогулки под луной с кем‑то, чьё лицо оставалось в тени…

Она глубоко вздохнула, сжала кулаки и шагнула в этот поток — на встречу чужой жизни, чужим правилам и, возможно, новому шансу.

5 глава

Новое пробуждение Юли было словно после крепкого, сладкого сна. Она открыла глаза и медленно осмотрела богатую комнату эльфийки — теперь уже её комнату, вместе со всем движимым и не движимым имуществом.

Солнечный свет струился сквозь витражные окна, играя цветными бликами на шёлковых драпировках. Мебель из серебристого дерева, инкрустированная перламутром, зеркала в резных рамах, книжные шкафы с фолиантами в кожаных переплётах — всё кричало о статусе и богатстве.

Около её кровати сидели трое: та самая девочка, что разбудила её в этом крейзи‑мире Фекоби, — теперь Юля знала, что это её младшая сестра Стейси. Рядом с ней — мальчик‑эльф лет десяти, Лайнел, её младший брат, и малышка Мили, пятилетняя дочь короля эльфов Кайла Гроув. Они молча смотрели на Эвелину, не решаясь заговорить, в глазах — смесь тревоги и надежды.

Юля почувствовала, как внутри всё сжалось от протеста. Её земная душа бунтовала: она никогда не любила детей, терпеть не могла их капризы и липкие объятия. Но она теперь Эвелина. И она слишком хорошо помнила слова Капитолия: узнай кто‑то, что она иномирянка, — её перемолотят в фарш.

Глубоко вздохнув, она заставила себя улыбнуться — мягко, по‑сестрински:

— Всё хорошо, лучики мои, — голос прозвучал непривычно мелодично, почти по‑матерински.

— Эви! — хором воскликнули дети и кинулись к ней на кровать, обнимая, тыкаясь носиками в плечи, хватая за руки.

Юля стиснула зубы, сдерживая порыв отстраниться. Вместо этого она обняла их в ответ, погладила по волосам, шепнула:

— Я так рада вас видеть…

В этот момент дверь открылась, и в комнату вошёл эльф‑отец. Он окинул взглядом сцену, слегка нахмурился и строго, но без злости, произнёс:

— Довольно, дети. Дайте сестре отдохнуть. Идите к наставникам, у вас сегодня уроки этикета и магии.

Дети неохотно поднялись с кровати, обменялись взглядами и, попрощавшись, вышли. Кайл Гроув подошёл к дочери, внимательно всмотрелся в её лицо.