— Будущее мы создаем сами, Ливия. — Он смотрел мне в глаза, и я чувствовала, как ускоряет ритм мое сердце.

— Не когда вы — правитель, а я… простая провинциалка.

— Правитель или простая провинциалка в равной степени ответственны за свое будущее. И в равной степени каждому из нас приходится делать выбор, — сейчас его пальцы касались моей кожи легко, не удерживая, но мне больше не хотелось отводить взгляд. — Я пришел, чтобы сказать, что я так же, как ты, не хочу с тобой расставаться.

От этих слов все внутри сжалось. Готовясь к этому разговору все это время — да, каждое мгновение, проведенное рядом с ним, я думала о том, как это будет, что я скажу, что скажет он, как мы заговорим о расставании, но даже на секунду не могла представить, что это будет так.

— Я не могу, Хьяртан, — мягко убрала его руку от своего лица и вздохнула. — Не смогу быть с тобой, когда ты будешь женат. У меня не получится. Прости.

Лицо его, до этой минуты напряженное, неожиданно приобрело совсем другое выражение — удивленное. Если не сказать изумленное.

— На ком я, по-твоему, собрался жениться, Ливия?

Я очень хорошо запомнила ее имя, хоть так отчаянно стремилась забыть.

— Ее зовут Амани. Принцесса Золотых берегов.

— Нет.

— Нет? — хмыкнула я. — И помолвку до Ночи тысячи огней вы… ты с ней тоже не заключал? И совет собирал не поэтому?

Хьяртан плотно сжал губы, а спустя мгновение расхохотался.

— Поразительно! — сказал он. — Если бы я мог двигаться в пространстве с такой же скоростью, с какой расходятся в Эрнхейме ложные слухи, у гротхэнов не было бы ни единого шанса. Он только собирается вылезти — а я уже на месте, и ему… ничего хорошего, в общем.

— Ничего не понимаю, — пробормотала я, окончательно смутившись. — При чем тут гротхэны?

— При том, моя бунтарка, что на совете я обсуждал именно этот вопрос.

Что?

— Как ты меня назвал? — переспросила растерянно.

— Бунтарка. Моя бунтарка, — глаза Хьяртана потемнели, а потом разгорелись его магией, меня же этой самой магией обожгло. Пусть даже она меня не касалась! Пусть даже по природе своей была ледяной. Хотя, возможно, меня обожгло не магией. Его словами. Тем, как они были сказаны — низко, глубоко, присваивая.

— Я не… — хотела возразить, что я не бунтарка, и уж тем более не его, но он меня перебил.

— Моя. Бунтарка. Единственная женщина в Драэре и во всем мире, на которой я готов жениться.

Вот тут действительно впору сваливаться с кровати! После такого-то заявления.

— Если я бунтарка, то ты — Хозяин Стужи, — не осталась в долгу.

— Замечательно, — Хьяртан коснулся ладонью моей щеки.