Итак, началось обсуждение кандидатур. Примерно на десятой минуте, мою юный «сынуля» вспомнил что, учась в советской школе еще при жизни товарища Сталина, видел в библиотеки серию учебников по физике некого Ореста Даниловича Хвольсона, кои читали те старшеклассники, которые выбирали себе техническую стезю и собирались поступать в явно негуманитарный ВУЗ. А то, что сей ученый не канул в лету после октябрьского переворота и следовавшей за ним братоубийственной войной и прочей смутой, не всплыл где ни будь на задворках Парижа или Берлина, а напротив стал Героем Труда и пополнил орденом Трудового Красного Знамени недурственный иконостас так сказать «старорежимных наград», говорило об его исключительном таланте. Так, во всяком случае считала директор школьной библиотеки всегда готовая рассказать детям поучительную и интересную историю.

Пришлось взять короткий тайм-аут и провести небольшое следствие. Результаты оного показали, что господин Хвольсон в настоящее время с успехом читает лекции в Санкт-Петербургском университете в качестве приват-доцента, совмещая сию деятельность с преподаванием физики в Петришуле. Ой, не подумайте ничего неприличного, это была школа при лютеранской церкви Петра и Павла, имевшая весьма серьезную репутацию и отменный преподавательский состав. Перспективы у молодого ученого были весьма недурственные, ибо докторская диссертация «О магнитных успокоителях» прошла успешную защиту и была встречена благожелательно научным бомондом столицы. Первое зародившееся желание немедля вызвать на беседу Ореста Дниловича и осчастливить личным поручение императора заняться открытием чудесных лучей, я пресёк на корню, обозвав себя попутно идиётом. Ну не любила научная братия, за исключением отдельных конъюнктурщиков, мечтающих сменить чины научные на придворные, встречаться с монаршими особами. Ну что можно услышать от коронованного болвана, полностью оторванного от земных реалий, кроме откровенной глупости? Среди академиков был распространён анекдот из времен прошлых. Король Пруссии Фридрих II известный так же как Великий и «Старый Фриц», инспектируя свою Академию Наук решил блеснуть эрудицией и поинтересовался: «Почему бокалы с шампанским издают более чистый и приятный звук, чем бокалы с бургундским?». На что последовал внешне абсолютно корректный ответ: «При том денежном содержании, которое назначено Вашим Величеством, ваши учёные, к сожалению, не имеют возможности ставить подобные эксперименты».

Менялись времена, но отношение к королям и императором не менялось. А посему следовало действовать более тонко, но для сей операции потребовалось задействовать таланты полковника Мезенцева, который уже почти поправился от ранения и перешел в раздел особо доверенных лиц, став кем-то вроде порученца по особо секретным делам. Во всяком случае пока что… Думаю, он способен на большее, но посмотрим. Кстати, необходимость проведения подготовительных мероприятий, были аргументировано обоснованы моим сыночком, который внешне с уважительно, но с тщательно скрытой подколкой заявил: Видишь ли, паПА, но наш физик, скорее всего воспримет идею чудесных лучей антинаучной и категорически откажется от этого задания. Психологический барьер, будь он не ладен. Принуждение ни к чему хорошему не приведёт. А на вопрос: «Что делать?» Сандро кратко пересказал содержание фантастического рассказа Рэймонда Фишера Джоунса «Уровень шума», который он прочитал в журнале «Знание Сила», весьма популярном в СССР, а после экранизированном в 1981 году в цикле «Этот фантастический мир».