Уже стоя на палубе прекрасного британского броненосца «Монарх» — одного из первых кораблей такого типа, спущенного на воду, демонстрировавшему всем сомневающимся передовую мощь британского флота и незыблемость его доминирующего положения на море, Фредерик Темпл стал ощущать, что приступ страха, который преследовал его сии дни, сменился давящим, вязким, нетерпимым ощущением катастрофы. Он провалил какое-то значимое дело! Столь значимое, что его карьера летела к чертовой бабушке. Не видать ему вице-королевской короны Индии, как своих ушей! А навстречу ему уже шел неотвратимый, как сама судьба, сухопарый адмирал Хорнби. Представить себе страшно, что он напишет в своем отчете! Пока матросы поднимали упившихся вдрызг дипломатов и работников посольства, чье состояние можно было характеризовать одним словом: бессознательное, выпивший самую малость, только для сугреву, посол озирал поле своего дипломатического Ватерлоо, и оно не казалось ему победным.

[1]бархатные лапки скрывают острые когти (англ.)

Глава четырнадцатая. Балтийский тупик

Глава четырнадцатая. Балтийский тупик

Глава четырнадцатая

Балтийский тупик

Финский залив

6-7 марта 1880 года

Не существует безвыходных ситуаций, лишних людей, случайных встреч и потерянного времени.

(Валерио Альбисетти)

Адмирал Хорнби

Впервые я находился в безвыходной ситуации, попусту теряя время. Для полного комплекта неприятностей не хватало еще лишних людей на борту моих броненосцев и случайных несчастных встреч. К сожалению, морская разведка сработала на сей раз безобразно, единственное, что я думал по этому поводу, так то, что события в Санкт-Петербурге пошли не по плану достойных джентльменов, отправивших меня с эскадрой в это весьма рискованное предприятие. По первоначальному прогнозу лед в Финском заливе должен был отойти настолько, чтобы Кронштадт оказался в досягаемости наших орудий. Но… то ли было холоднее, чем предсказывали морские агенты, либо мы выступили слишком рано, что подтверждало еще и авральный сбор кораблей, вместо запланированного похода с тщательно продуманным планом. Мой штаб такой план подготовил, единственно, срочно выкупить ледокол не получалось. Кто-то в Адмиралтействе посчитал, что эти затраты не соответствуют статусу акции. Идиот! Сейчас стало абсолютно ясно, что без ледокола делать абсолютно нечего. По утвержденному варианту, наш агент должен был зафрахтовать корабль в Гамбурге и перегнать его сюда, к Кронштадту, под предлогом того, что британский торговый корабль застрял в нейтральных водах, а русские ледоколы помочь отказались. Вот это было шито белыми нитками, и настолько, что я не был уверен, придет ли означенный корабль вообще, а ежели и придет, то сможем ли мы провести запланированную акцию устрашения. Пока что мы «демонстрировали флаг», но сия акция была, по сути своей, бесполезной тратой угля. Чтобы она возымела какое-то моральное воздействие на противника, мы либо должны разнести их морскую крепость в клочья, либо пройти в ее видимости, так, чтобы наши пушки царапали бойницы их бастионов!