Подросток удовлетворенно шмыгнул носом.
— А это оттого, Мишенька, что с организацией труда у тебя что в том времени, что в этом был просто швах! Ты все всегда хотел сделать сам, до всего дойти лично, перепроверяя то, на что уже было потрачено время толковыми специалистами. Ну нахрена тебе был нужен факторный анализ делать под чистовик, тебя что, выкладки Арсеньева не устраивали? Потратил полгода на то, чтобы освоить нах… тебе не нужный математический аппарат, потому что потом все это пришлось из диссертации убрать! И вот снова. Во всё вникнуть! Все самому перезапустить, наметить, решить вопросы… Ты уже почти десть дней у руля государством, ГДЕ ТВОЯ КОМАНДА, БББББББББ…..
Михаил Николаевич только руками развел в ответ. Крыть последнюю матерную тираду Учителя было нечем.
Иоанн Кронштадский
Иоанн, сын и внук священника из Суры, сельца что расположилось на Пинеге, а в Новгородских летописях упоминалась как Сура поганая, уж больно неприветливо относились в тех местах к христианским проповедникам, молитву закончил. Почему-то он ЗНАЛ, что должно поступать именно так, и не иначе. Как будто тут взорвалась не царская семья, а какая-то важнейшая часть государства Российского и История сделала невольный поворот, но куда несет ее, было то неведомо, а потому — страшно. А ежели страшно — иди на место страха и молись, Господь тебе укажет! И каждый день он приходил сюда после службы в Андреевском соборе. И горячо молился. Ибо не верил он, что русский человек мог совершить такое злодеяние, сие мог сделать только человек без Бога в сердце и голове. Неужели безбожие, нигилизм, отрицание всего светлого и порядочного победит и станет знаменем сего времени? Негоже это! Иоанн вспомнил последний приезд в Суру, род Сергиевых уже 350 лет служил Господу в этих Богом забытых местах.
(Иоанн Кронштадский в селе Сура)
Никольская церковь, с которой был связан их род все также крепко стояла на возвышенном месте, строили на века, так, чтобы разливы реки зданию вреда нанести не смогли бы. Он тогда забрал к себе в Кронштадт матушку, Феодору Власьевну, да племянника, сына сестры Анны, Ивашку Фиделина, парень смышленый, грамотный, пристроит его, при деле будет. Так и стало: теперь он секретарь протоиерея Иоанна, без него, как без рук.
«Аминь» — прозвучало. В первые дни множество людей, особенно солдатиков, охраняющих да разбирающих завалы, рабочего люда приходили за благословением. В последние два дни вечером уже не работали, как стало ясно, что никого более из завалов не извлекут. Посему из охранения подойдут, да и только. Сего дня подошло двое господ. Точнее так: отец и сын, взрослый муж и подросток. Отчего же, узнал одного из них, великий князь Михаил Николаевич, чудом спасся в тот самый первый день взрыва. Второй, скорее всего сын его, Александром нареченный, по возрасту али он, али Георгий… Так и не скажешь. Они приняли благословение, поцеловали священнику руку и став рядом молились. Ему показалось, что каждый из них молился о чем-то своем, но весьма важном и сокровенном. Ну что же, когда человек говорит с Господом, мешать ему не след.