Глава десятая. Полигон
Часть четырнадцатая
Между войной и войной
Люди, которые... признают войну не только неизбежной, но и полезной и потому желательной, — эти люди страшны, ужасны своей нравственной извращенностью.
(Толстой Лев Николаевич)
Глава десятая
Полигон
Кубинка
24 марта 1884 года
Отсутствие артиллеристов при штабах и управлениях высших и старших войсковых начальников, при недостаточном их знакомстве со свойствами современной артиллерии, привело к тому, что неправильная постановка задач артиллерии и многие ошибки в отношении ее применения в бою оставались без исправления, не устранялись и повторялись в еще большей степени.
(Али-Ага Шихлинский)
ЕИВ Михаил Николаевич
Мало получить хорошую артиллерию, надо еще научить командиров ею пользоваться! Этот постулат еще академических времен известен мне очень хорошо, а уж как он был близок Михаилу Николаевичу, который в ТОЙ моей реальности отвечал за российскую артиллерию почти до времени начала Первой мировой войны. Так что на нем лежит ответственность и за ее не слишком удачные действия в начальный период второй Отечественной, которой, надеюсь, в этом мире не будет. Хотя мы подошли очень-очень близко к ее началу. Если Австро-Венгрия и Турция реально, а не декларативно вступят в антироссийский союз с этим вариантом Антанты, то ситуация будет для России слишком уж «аховой». При этом, скорее всего, Вилли будет тянуть резину, угрожать всем, и никому одновременно, но в поход на Париж не пойдет. Что-то мне подсказывает, что его генералы не готовы к новому Дранг-нах-Пари. Им нужен еще десяток лет, чтобы превзойти французов, в той же артиллерии. И подогнать флот к такому состоянию, чтобы он хотя бы мог кусать англичан. Так что Вилли не рискнет. И мы будем один-на-один с новой коалицией. А британка на меня зуб заточила немаленький. И есть из-за чего. Очень уж они хотели кусок урвать со скандинавского стола! Как минимум, быть гарантом нейтралитета Норвегии (получив возможность получить базы в Нарвике и Тронхейме).
С этими тяжелыми мыслями я прибыл на полигон. Надо было решать, как будем развивать артиллерию. И было что еще решать. Сейчас основным полевым орудием стала более-менее современная пушка Круппа (легкое полевое орудие 87,7 мм) или четырехфунтовая. Она была еще и конная, которая имела укороченный ствол (18 калибров против 24 у полевой), но имела меньший вес. Впрочем, недостатки у этого орудия были, и несомненные. Скорострельность 4 выстрела в минуту, неудобное прицельное приспособление, очень серьезный откат после выстрела и отсутствие противооткатных устройств. Плюс — никакой защиты для артиллеристов. А вот это уже ни к черту не годилось!