И дело тут не в ильичах, партии и правительстве, не в коммунистических идеях и ограничениях каких-то там свобод, а в людях. Дерьма, конечно, хватает — Лимончики разные, блатные, плохие менты, сексоты и тэдэ. Ну и хрен с ними. Главные-то не они. В толще народного паюса цветёт ирония, эзопов язык, душевность и даже духовность, запрещённая коммунистическими органами, но унаследованная и неотторжимая от этнического многоцветия нашего человека.

Короче, сорри за лирику, я оказываюсь в американском, судя по всему, фургоне со сдвигаемой боковой дверью. Предполагаю, что это «Дженерал моторс» «Вандура». Или «Форд» какой-нибудь. Тоже возможно. Считаю, что учиться у америкосов в технологическом смысле не зазорно. Ни у кого не зазорно учиться. И когда мы, наконец, выучимся, никому мало не покажется.

Думаю, таких тачек во всей Москве раз-два и обчёлся. А это значит, что… блин, я не знаю, что это значит, кроме того, что похитителей быстро вычислят. Наверное. Их четыре бугая и один я. Окей. Дёргаться, кажется, смысла нет.

— Не дёргайся, — подтверждает моё умозаключение один из бугаёв. — Смысла нет. Гарантирую.

Гарантирует. Ну ладно, хорошо. Значит подождём подходящего момента. Конечно, очень бы хотелось отделать этих самонадеянных орков, а потом пробить стальную перегородку, отделяющую салон от кабины, захватить американский минивэн и помчаться по шоссе вперёд к своей далёкой цели. Хотелось бы, да, но я же понимаю, что не всё так просто. Тем более, в руках у них «Макарычи», а у меня лишь воображаемый джедайский меч.

Я претворяюсь покорным и послушным. Опускаюсь на пол и обхватываю руками колени. Кстати, про колени. Есть такой фильм «Человек на коленях» с этим, как его… в общем, с комиссаром Каттани в одной из главных ролей, Микеле Плачидо, или как там его… После него никто не сможет доказать мне, что люди на Западе живут лучше, чем граждане совка…

Мы мчимся с короткими остановками на светофоры. Летим вперёд навстречу неизвестно чему. На поворотах меня мотает из стороны в сторону, но я не подаю виду, что недоволен. Мои похитители, они же конвоиры, сидят на лавках вдоль бортов и смотрят на меня, не спуская глаз. Халдеи.

Дорога длится около получаса. Или, скорее, минут сорок. Сознание желает, чтобы она никогда не кончалась, чтобы пункт назначения, грозящий всевозможными неприятностями оказался как можно дальше. А лучше бы и вовсе стал недостижимым.

Мы едем-едем-едем в далёкие края… Где-то это уже было, да? Можно попробовать подорваться при высадке. Вот этому громиле врезать по бубенчикам… Нет у него, наверное, бубенчики-то каменные, как и он сам. Ноге больнее будет, чем его бубенчикам.