Мать вундеркинда слегка настороженно (или просто волнуясь — как тут всё пройдёт?) кивает ему, облегчаясь в гардеробе «Дома Советов» сама от зимней верхней одежды и развязывая шарф своему вундеркинду.

После чего, он ведёт их через основной корпус по крытому переходу в корпус «Б», где расположены 600-местный конференц-зал и залы столовой.

За мытьём рук и прочим после двухчасовой поездки из областного центра, Пичугин, улучает первый момент, когда непонятное «дитё-взрослый» остаётся с ним на несколько минут без присмотра матери:

— ..Как, Иван Юрьевич, дела?

— По плану.. — «сурово» отвечает тот, прямо глядя в глаза главреду. Намёк, предположительно понятный Пичугину, достаточно прозрачен, а ощущение нереальности ситуации снова зашкаливает. Одно дело — просто дитя, которое делает «умилительно-взрослую мордашку» и отвечает такими же словами. Другое дело — когда знаешь, что стоит пожелать и, у «фраз и мордашки» будет такое же взрослое продолжение разговора. Нехорошего разговора.

Первый предвестничек уже звучит:

«Ребёнок-взрослый», сидящий в одном из залов столовой, в ожидании своей матери, ненадолго удалившейся «по надобности» и в ожидании заказа, излагает:

— Когда шли мимо.. я подметил разницу в оформлении столов залов, как и разный цвет.. талончиков на питание в руках нескольких идущих в столовую. Номенклатурные бонусы.. ничтожная мелочь на самом деле.. но когда придёт время и это будет раздуто.

Ребёнок подметил то, о чём счёл важным заявить вслух. И сделал какие-то.. свои.. загадочные выводы. Или наслушался «чего попало» от родителей? Слухи среди населения про некоторые вещи, которые, он похоже, означал как «бонусы», всегда были, чего уж там.

Пичугин прищурил глаза, ожидая продолжения от вундеркинда, сказавшего пока лишь наполовину понятные слова.

— .. Я расшифрую позже, если будет интересно. Но, это такая, действительно ерунда.. по сравнению со всем прочим.. — дитё небрежно махнуло рукой, глядя на приближающуюся к их столику его мать.

* * *

Дети себя так не ведут. А вундеркинды? А дети, имеющие проблемы с психическим здоровьем? За два часа, проведённых в разговоре с матерью ребёнка в помещении, которое первый секретарь заранее определил «где ожидать его», пока Пичугин выспрашивал ту про детство ребёнка, его поведение и рассматривал взятые матерью рисунки, главред исподтишка наблюдал за «пришельцем из будущего».

«Вернувшимся в своё детское тело».

Скука (в его глазах) и терпеливое ожидание (без детских дёрганий матери за руку, вопросов «когда мы пойдём?», и, тем более, нытья, жалоб и даже истерик).